Возможны варианты

Полная луна стояла как раз над водой, резкий порывистый ветер подымал сильную рябь, и лунная дорожка тянулась на всю ширину пруда. Не хочется отсюда уезжать! И с моими стариками опять расставаться тоже не хочется. Бабушка с дедушкой живут на даче с ранней весны и до морозов, а я бываю у них только наездами по выходным, когда привожу продукты и потихоньку ковыряюсь на участке. Скучаю я по ним ужасно, и две недели общения – это мало. Обожаю своих стариков! Родителей я помню плохо, они разбились в машине, когда ехали со свадьбы друзей.

Бабушка забрала нас к себе. Нас – это меня и моего овчара Флобима. Обоим нам было по пять лет. Оказалось, что бабушка панически боялась собак с детства, когда её искусала какая-то псина во дворе, да вдобавок у неё была аллергия на шерсть, но деду она сказала:

– Это кошмарное животное – всё, что осталось у девочки от семьи. Ничего, привыкну как-нибудь.

Она на самом деле привыкла, даже потом подружилась с Флобимкой, хотя все оставшиеся шесть лет его жизни ходила с непреходящим насморком и покрасневшими слезящимися глазами.

Когда Бимка умер, я была уже достаточно большой, чтобы понимать, что о животных в доме надо забыть, и безумно завидовала тем знакомым, которые держали какую-то живность. Вот я скоро приеду домой и опять буду сидеть в одиночестве. Была бы хоть кошка или уж крыса на худой конец, чтобы не возвращаться с работы в пустую квартиру! Ладно, попробуем найти позитив. Может, хоть в городе, где совсем другие звуки и запахи, я смогу засыпать спокойно.

У пруда я сидела долго. Не знаю, что заставило меня обернуться. Прямо за спиной на фоне тёмного неба чётко выделялся чёрный силуэт худощавой фигуры, замершей в полной неподвижности, только распущенные волосы трепал ветер, бросая пряди в лицо, поднятое к небу. Я почувствовала, как бешено заколотилось сердце, и меня охватили ужас и восторг, как при езде на американских горках.

– Ник?

Он повернулся. Глаза его по-кошачьи сверкнули в свете луны.

– Красивая ночь, – задумчиво протянул он.

– Красивая, – согласилась я. – Я рада тебя видеть.

– Я тебя испугал, – насмешливо возразил он, неторопливо приближаясь. Его глаза действительно светились фосфорическим светом. Глядя на вампира я испытывала странное чувство восхищения, какое бывает, когда смотришь на коня, мчащегося по лугу или на кошку, уверенно идущую по тонкой ветке. Мне пришлось напомнить себе, что этот тип неведомым образом стёр из моей памяти совершённое убийство.