Ольф. Книга 2. Ответы на вопросы

Света удивленно следовала тренду, в глазах сквозили растерянность и некоторое разочарование. С другой стороны, рядом лежали спальные мешки, значит, вектор событий менялся с вертикального на горизонтальный. Это завораживало. В происходящее Света предпочла не вмешиваться, главное оставив мужчинам.

Но вмешаться пришлось.

— Почему так? — Ее изящный пальчик указал на раскатываемый мужем спальник.

Сначала Руслан насытился тревогой жены, прикрывавшей предвкушение возможного приключения как дырявая накидка в дождь, столь же явно и тщетно.

— А как еще?

— А как же Ольф?

— Что «Ольф»? — ядовито вымолвил Руслан.

— Мешков — два.

— Можно неплохо устроиться в машине.

Настал момент истины.

— Мне тоже идти в машину? — Она просверлила мужа взглядом.

Я отвернулся. Пусть сами разбираются.

— Мы с тобой расположимся здесь, Ольф будет спать в машине, — жестко проинформировал Руслан.

Свету это не устроило:

— С ключами можно включить печку, но ключей нет.

Я пожалел спорщиков:

— Не страшно.

Света меня даже не дослушала. Под удивленным взглядом мужа она бросила мне второй спальник, а расстеленный по земле первый вновь оказался в ее руках:

— Раскрывай.

В ожидании, чем все закончится, Руслан сложил руки на груди.

По примеру Светы я расстегнул молнию второго спальника до конца, тоже превратив его в подобие обычного одеяля. Мы состыковывали застежки мягких квадратов между собой по трем сторонам. Через минуту траву покрыла наилучшим образом устроенную постель — большой спальный мешок-конверт.

Разложенный между нодьей и экраном, спальник стал ковчегом Ноя посреди потопа. Руслан тоже разулся. Я замешкался, переступая с ноги на ногу: как теперь быть — после установленной договоренности? Между тем, Руслан забрался к жене под крылышко.

— Ольф, говоришь? — процедил он. — Ну, раз Ольф, то Ольф.

Бесцеремонно сдвинув супругу в угол, он приподнял полог спальника со своей стороны:

— Прошу. Только, чур, не приставать, я не такой.

— Дурак! — внезапно взъярилась на него Света. — Набитый и самонадеянный. Кому нужно твое ревнивое позерство после его выигрыша? Теперь не ты здесь распоряжаешься, игрок хренов. Дораспоряжался.