Малиновый запах надежды

А мне рассказывать было нечего, потому что бойфренда у меня не было. Об учебе мы тоже не могли говорить, поскольку учились на разных отделениях, программа у нас была разная, преподаватели – тоже. Так что мы почти в полном молчании жевали свои пироги, скучали, посматривая на часы и изредка перебрасываясь ленивыми репликами.

Наше уединение было нарушено весьма неожиданным образом. От буфетной стойки отошел высокий молодой человек и, оглянувшись по сторонам в поисках свободного стола, направился к нашему.

– Привет! – жизнерадостно поприветствовал он меня, и я в нем не сразу, но узнала того, кто помог найти мою фамилию в списках поступивших.

Нет, оказанную мне помощь я не забыла. Просто лицо парня за время, прошедшее с первой встречи, выветрилось из памяти. К тому же он коротко остриг волосы и на этот раз был гладко выбрит.

– Привет! – поздоровалась я с ним под удивленным взглядом Марины.

– Ты меня помнишь? – поинтересовался молодой человек с лукавой улыбкой. Надо отдать должное – улыбка у него была красивая, делающая его не совсем привлекательное, на мой взгляд, лицо симпатичным.

– Тимур? – уверенно спросила я.

– Нет, Тимофей, – усмехнулся он. – Лучше – просто Тим. Можно, я к вам присяду?

В руках у него, как и в тот, первый раз, была булка, на что я довольно живо отреагировала:

– Опять будешь угощать?

– Если хочешь…

– Нет, спасибо, я уже поела.

Он пробыл в нашем обществе недолго, ровно столько, сколько необходимо, чтобы съесть небольшую булку и запить ее остывшим чаем. Скорей из вежливости, чем из интереса спросил об учебе и общежитии.

– О! Так мы еще и соседи! Странно, что до сих пор не встретились. Впрочем, я только позавчера заселился в свою комнату.

Марина в разговоре участия не принимала, хоть я и представила ее Тиму. И лишь когда тот, вежливо с нами попрощавшись, ушел, с непонятным мне восхищением протянула:

– Ну, ты шустра‑а! Скромница наша. Когда успела с Лазариным познакомиться?

– С кем?

– С Тимом.

А я, в свою очередь, удивилась:

– Так ты его знаешь? А почему молчала?

– Ну, кто его не знает, «звезду» нашу, – засмеялась моя соседка. И не было понятно, произнесла ли она слово «звезда» с отрицательным оттенком или, наоборот, с положительным. – Первый парень на деревне, то есть в нашем универе. Половина девчонок по нему с ума сходит.

– И что же в нем пол‑института девчонок находят? Он совсем не красавец! – скептически сморщила я нос.