Ялиоль и колыбели Богов

 – Если бы ты, и правда, был моим другом, то никогда так не поступил бы, Арсений! Какой бы ни была причина, она не стоит того, чтобы сломать мою жизнь!

– Мы не могли ждать. – Арсений покосился на жреца, но тот, как и раньше, смотрел в окно со скучающим видом, словно разговор его не касался.

– Не могли ждать?! – Ялиоль прищурилась. – Неужели один час хоть что-то изменил бы, Арсений?!

– Красть невесту принца – это одно, а его жену – совсем другое. – Арсений подался вперёд. – А кроме того… Катрам уже говорил, ты бы не пошла по своей воле.

Ты же ненавидишь отца и ни за что не стала бы помогать ему!

– Отец? – Ялиоль нахмурилась. – Вы же сказали, что он тут ни при чём. Какое отношение он имеет ко всему этому? И почему я должна ненавидеть его?

– Разве не он отправил тебя в другую страну, в приют для… – Арсений запнулся и закончил тихо: – Для уродцев.

– Да, отправил. Но если бы он этого не сделал, было бы только хуже. – Гнев Ялиоль остыл, она расслабленно откинулась на спинку и тяжело вздохнула.

 – Меня никогда не приняли бы в Бантолии, несмотря на то, кто мой отец! А в приюте я стала своей. – Она пожала плечами и отвернулась.

– Видишь, Катрам, я был прав! – воскликнул Арсений, широко улыбнулся и посмотрел на жреца. – Она бы пошла с нами…

Он не закончил: камни в ладонях в руках Катрама сверкнули, маг сделал короткий жест руками и ударил парализующим заклинанием. Ялиоль вздрогнула, выронила меч и стала заваливаться на бок. Арсений едва успел подхватить принцессу до того, как она рухнула на пол кареты.

– Зачем?! – воскликнул он.

– Она непредсказуема, – ответил маг. – Я не поручусь, что девчонка легко согласится дать нам свою кровь для ритуала!

Арсений попытался возразить, но перед его лицом в предупредительном жесте возникла святящаяся ладонь Катрама, и юноше пришлось умолкнуть.

– У нас нет времени на бессмысленные споры, – продолжил маг. – Ритуал даст ответы, которых от нас давно ждут.

Арсений кивнул. Катрам был прав: пускай его методы радикальны, но времени на уговоры Ялиоль у них не осталось.

Он тяжело вздохнул, аккуратно расположил бесчувственную принцессу на лавке, сел рядом и прикрыл веки. Путешествие утомило его, душа и тело требовали отдыха. Карета уютно покачивалась на ухабах лесной дороги, и вскоре Арсений задремал, а когда открыл глаза, они уже подъезжали к цели.

Кучер остановил карету неподалеку от углубления в земле, похожего на воронку, в центре которой располагался металлический диск.