Муаррат

- Тебе хотели сделать больно, - тихо констатировала девушка, - не убить, да?

- Да, - согласился я. – Но больнее всего сделали в другом месте. Когда убили жену и сына.

- Да, так и у нас поступают, - вздохнула Муаррат. – Нигде ничего не меняется.

После облачения я привёл себя в порядок: побрился, умылся и лишь после этого решился предстать пред грозные очи владычицы морской. Ну. Веры, то есть. Впрочем, очень скоро выяснилось, что означенные очи выглядели скорее задумчивыми. Обе женщины пили кофе в гостиной и что-то тихо обсуждали.

Иногда смеялись. Ивана я не видел, стало быть казнь уже успела свершиться.

Степлер изображал лохматую частицу броуновского движения и бесцельно шатался из комнаты в комнату. Увидев меня, кот мяукнул нечто предостерегающее. Дину я обнаружил на загривке Кусаки, который разместил свою тушу в моей комнате. И как в двери-то пролез, скотина огромная?

Я послал дракончику картинку приветственного взмаха рукой, а он, в ответ, мысленно покрутил хвостом, на манер Дины. В посланном образе ощущалась изрядная ирония.

Потом кусака представил пару огненных фурий, терзающих труп кого-то, явно мужского пола. Надо мной издевались. Однако, хочешь не хочешь, а идти надо.

У входа в гостиную я тихо откашлялся и дамы тотчас прервали свою беседу. Муаррат с ногами забралась в кресло и рассматривала так, словно мы не виделись месяц, а то и больше. Вера отставила чашку и сложив пальцы в замок, опустила руки на колени. Хм, так делала мама, когда я приносил из школы оценки, отличные от ожидаемых.

- Ну, садись, покалякаем о делах наших скорбных, - сказала сестра. – Одному я уже выписала клизму с иголками и послала убирать навоз. Если что, там этого добра хватит на десятерых.

- Не рассчитали силы, - сказал я, ощущая предательскую дрожь в голосе. Нет, ну вот как ни это делают, а? Я, взрослый мужик, вполне себе самостоятельный, стою, потею и не знаю, как оправдаться за своё поведение.

- Да, да, работа оказалась такой тяжёлой, что два здоровенных лба надорвались, выполняя непосильный труд, - согласилась Вера.

Муаррат издавала непонятные звуки. – Один вообще не смог двигаться, а второй…Ну, это отдельный разговор. Не знала, что брат у меня такой романтик. Как ты это? Роза, вонзающая шипы в беззащитную грудь?

- Растущая прямо из сердца, - подсказала Муаррат, а я ощутил сильное желание провалиться куда-нибудь в Австралию. А лучше – ещё дальше. Маша говорила, что иногда в подпитии я плёл нечто подобное и называла меня: «Мой Ромео».