КЕКСИК. Звёздное кафе 2

Мне не нужен его ответ. Без разницы, что Элиот скажет. Я не могу любить оборотня.

Да, точно!

Вон у меня рядом Маркус, с ним хоть целоваться приятно, в отличие от наглого оборотня.

Точно!

Всё так!

И никак иначе!

Хотя где-то на подсознательном уровне понимала, что прогулка оказалась испорчена. В душе поселился червяк сомнения. Но не стоит об этом думать. Только не сейчас, когда бежишь, поджав хвост, чтобы не сделать себе больнее.

27

ГЛАВА ДВАДЦАТЬ ПЕРВАЯ, ПРОСТИТЬ НЕЛЬЗЯ ПОМИЛОВАТЬ

— Эй, полегче, — проворчал Маркус.

— Прошу, не становись индюком!

— Значит, ты знаешь, куда тащишь меня, малышка?

— Нет.

— Тогда почему не позволяешь взять всё под контроль?

— А надо?

— Думаю, скорее да, чем нет, малышка, — осязаемый холод заставил оступиться, чуть не наступила в лужицу, которая едва заметна в тёмном проулке.

— Маркус, может, перестанешь называть меня малышкой? — попросила его, хотя понимала, что он ни в чём не виноват, но не могла я скрыть свой скверный характер сейчас, когда сама не понимала, отчего веду себя так.

— Ой, смотри, чё тут у нас, — этот голос, я обернулась. — Цаца!

Тот самый типок стоял, опираясь о стену. Тощий мужчина, заметно, что некоторых зубов нет, взгляд шальной. Как я в первый раз не заметила, что подонок? Рядом же с ним находился бугай с дубинкой, перекаченный, с разбитым носом, на рубашке алые следы.

— Вы, — шок, воспоминания: как помог старик, остановив разговором, и если бы не он, то они бы успели потешиться с глупой и наивной девушкой.

— Эй, косматый, ты её знаешь? — обратился бугай к типку.

— Да, та самая, что ускользнула, — рыкнул косматый.

— Ооо, а она в моём вкусе, — облизнулся бугай, и глаза блеснули похотью, что не скрыла темнота.

— Падшие, вы ничего не попутали? — Маркус обошёл и закрыл меня за своей спиной.

— Да ты чё, охренел! — запищал косматый. — Мы тебе не бродяги. Отдал девку и проваливай, пока кости целы.

— Следите за выражениями в присутствие леди! — Такому рыку даже Элиот может позавидовать. Глинистая земля аж под ногами завибрировала.

— Ой, какой грозный щенок, — начал насмехаться бугай. — Утю-тю. Лучше бабу отдавай. Мы её по кругу пустим.

Это я во всём виновата. Зачем тянула Маркуса, не разбирая дороги? Нам же теперь точно несдобровать. Их двое, он один, а мне силой воспользоваться нельзя, чтобы не выдать ведьмину суть.

Что же мне делать?

Бежать.