О чём мечтает весна

К напарнику его обернулась. — Или ты. Работа качественная, каменьями украшенная, дорогая. Прими в уплату за проход мой.

Дружинники переглянулись.

— Де́вица, зачем тебе это нужно?

— Сгинешь там! Если богатыри твои не справятся, то тебе-то куда? — пытался вразумить второй.

— Да ещё и без клинка! — добавил первый.

— Не знаете вы, на что русская женщина способна! — хмель ударил в голову, и Лада в голос расхохоталась. Успокоилась немного и крикнула: — Пропустите! Или весь Чернигов знать будет, что здесь творится!

Схватил клинок Лады один из дружинников, напарнику кивнул:

— Пускай идёт.

Проводи её ко входу в терем княжеский.

Стражам хором Владимира Давыдовича было сказано, что по его велению девица красна явилась. Не пререкались те, отворили засов для Лады, перекрестились. А она сколько могла медовухи залпом выпила и навстречу судьбе в гридницу княжескую вошла.

Глава пятнадцатая

Анисим

«Влетела в окно удалая жар-птица,

Взмахнула крылами, туман разметая,

Возрожденья огня золотая царица,

Способная нечисть заставить растаять».

(Отрывок из оды восстающей из пепла жар-птице).

Две пары светящихся бледно-голубых глаз. Два ореола серо-зелёных волос. Бледные тени, укутанные в зеркальные одеяния. Рогнеда и Кощей Бессмертный, завладевший телом княжьего сына, возвышались над собирающими в кулак последние силы богатырями.

Внутренний голос подсказывал Анисиму, что если он пронзит мечом Кощея, то ранит в первую очередь Святослава, его человечье смертное тело.

Нельзя было этого делать. Оставалась надежда лишь на то, чтобы сразить Рогнеду. Только вот, богатырь уже ранил её мечом, а ей хоть бы хны, ни капли крови не пролила.

С рыком поднялся на ноги Прохор Шестипалый, в его зверином возгласе чувствовались и злость, и боль, и несгибаемая сила. Анисим Великан зарычал в унисон с боевым товарищем, так, что пламя колдовских свечей дрогнуло.

— Рыкари проклятые, берсеркеры русские, — сквозь зубы процедила Рогнеда. — Покончи с ними уже, муж мой!

Только Кощей собрался поднять свой перст с воем, взывая к хтонической магии, как богатыри налетели на него.

Анисим бил первым, ударил щитом, препятствуя жесту и разрушая тем самым готовящееся заклинание. Прохор бил вторым, рубил с размаху клинком. Рогнеда, окутанная туманом, молниеносно явилась под разящий меч. Лезвие Шестипалого вонзилось ей в плечо, увязнув, точно во льду.

— Нет, Прохор! — с запозданием выкрикнул Анисим.