Истинная судьба дракона

— Он не должен был бить Сиена, — нахмурилась я. — Мне ничего не угрожало.

— Это вы так думаете, — эн Гордин улыбнулся одним уголком губ и, помолчав, спросил: — Что вы знаете об истинности?

Меня будто холодной водой окатили. Я надеялась, это всё же не то, о чём подумала…

— Долгое время не было подобных прецедентов, потому что до вашей подруги никто из ангелов добровольно не хотел иметь дело с драконами. Поэтому, можно сказать, мы находимся в очень сложном положении…

Комендант разговаривал со мной совсем не как начальник.

— Чтобы не ходить вокруг да около, скажу тебя прямо, — он испытующе посмотрел на меня своими карими глазами. — Дракон Аргуса признал в тебе свою истинную, и теперь он от тебя уже не откажется.

"То есть, никуда мне от него не деться", — перевела я для себя слова эн Гордина, чувствуя, как меня охватывает отчаяние.

— Но, согласно легендам, — сердце испуганно замерло, пытаясь найти хоть какой-то выход из ситуации, — эта связь смертельна для ангелов.

Комендант сжал кулаки и отвел глаза, будто эта тема волновала его лично.

— Мы с ректором решаем этот вопрос и ищем выходы, — процедил он. — Но пока что единственный вариант состоит в том, что вам придется каждый день проводить с Аргусом по паре часов. Чтобы его дракон вас чувствовал и не волновался.

Я чувствовала себя мышкой, загнанной в ловушку.

— Но… Почему вы так уверены, что все эти разговоры об истинности — правда? — попробовала настоять я. — Тем более что между ангелами и драконами такого давно не случалось.

На это комендант внимательно посмотрел на меня и закатал правый рукав, оголив предплечье. По нему вился замысловатый узор в виде спиралек и завитков. Я потрясенно подняла взгляд.

— А теперь угадайте, кто моя истинная? — строго глядя на меня, сказал эн Гордин.

Собственно, гадать смысла не было. И настроение Ани тоже стало сразу же объяснимо. Но если она приняла это как факт, то почему обязана принять я?

— Я не могу встречаться с Аргусом, — я виновато отвела взгляд. — По… По личным причинам.

Стул шумно отодвинулся, скрипнув ножками по полу. Эн Гордин встал и с грустной усмешкой сказал:

— Что ж, настаивать я не вправе. Это только ваше решение.