Полуночные тайны Академии Грейридж

Похоже, она… переела?

И нет, брезгливостью или страхом к земноводным я никогда не отличалась, а потому совершенно спокойно улыбнулась в ответ и даже позволила себе погладить склизкую кожу. Разочарование лишь на миг промелькнуло на лице девочки, но через мгновение от него не осталось и следа.

Я сразу поняла, что она придумала что-то еще. Слишком часто я видела подобные взгляды у Машки, которая могла на ровном месте учинить Армагеддон.

Вдруг вспомнив о том, что я так и не представилась, хотела было исправить свою оплошность.

Хотела, но не успела, потому что из коридора за спиной девочки раздался душераздирающий и стеклоразбивающий визг. В опере, в которой мне посчастливилось побывать один-единственный раз, и то так не голосили.

– Бежим! – приказала мне герцогская дочка и, выпустив из ладоней лягушку, склизкими пальцами ухватила меня за руку и потащила назад, а потом вверх по лестнице на третий этаж.

Отдышаться мы смогли только в очередной гостиной, в которую ввалились как преступники, уходящие от погони, – то есть на всех парах.

Я смеялась, потому что очень давно уже не чувствовала себя беззаботным ребенком. Ангилия – видимо, радовалась, что ее проказа удалась.

– От кого мы убегали? – успокоившись, спросила я, очень жалея, что с нами не было Айи.

Несмотря на местами истеричный характер девчонка являлась не только моими глазами и ушами, но еще и кладезем информации.

– От моей временной гувернантки, – скривилась Ангилия и, оттолкнувшись от двери, прошла в комнату.

– Вы подложили ей лягушек? – догадалась я. – Чем же ваша няня вызвала подобное наказание?

– Она заставляла меня есть кашу.

– Наверное, потому, что каша полезна? Я тоже по утрам всегда завтракаю кашей, – попыталась я найти разумное объяснение.

– Но я не ем каши.

– Совсем?

– С молоком, – поморщилась девочка. Ее лицо выражало всю степень ее ненависти к этому продукту.

– Тогда, быть может, стоит сказать об этом няне? Каша без молока не менее полезна…

На меня посмотрели таким красноречивым взглядом, что сразу стало понятно: проблема не в этом, а в том, что Ангилия, скорее всего, просто не терпит молоко, а няня проявила свойственную посторонним взрослым категоричность. Но ведь это же не проблема на самом деле.