Полуночные тайны Академии Грейридж

Точнее, была, но эта опасность исходила не от меня.

– Ваша Милость, разрешите обратиться? – окликнула нас леди Обилия.

Получив от герцога молчаливое согласие, женщина направилась к нам, придерживая юбки, чтобы не споткнуться в траве. Поравнявшись с нами, она ласково улыбнулась Анги и чуть присела в реверансе перед герцогом, подавая ему руку для поцелуя.

В следующее мгновение произошло сразу несколько вещей.

Кольцо, о котором я уже успела забыть, нестерпимо обожгло палец, вынуждая меня неконтролируемо вскрикнуть.

Вот так уже во второй раз я убедилась, что действительно совершенно не разбираюсь в людях. Рома, а теперь и эта лживая леди.

– Чаша Желаний, герцог де Зентье, – выплюнула женщина, прижимая девочку к себе.

– Попрошу без резких движений, – холодно произнес Себастьян, поднимая вверх раскрытые ладони. – Отпустите Анги, и я гарантирую, что самолично отдам вам Чашу Желаний.

Женщина рассмеялась. Зло. Страшно. В ее смехе, в застывшей на лице гримасе с легкостью читалось все то, что вслух произносить и не нужно было. Девочку она не отпустит – это было ясно как день, а иначе ей просто не дадут уйти.

– Леди Обилия... – попыталась я хоть как-то помочь. Лихорадочно придумывала выход из ситуации, и, наверное, герцог де Зентье занимался тем же.

– Я не собираюсь стоять здесь до вечера! Чашу! – оборвала она мою речь, пока Ангилия тихонько плакала.

Я не могла смотреть на девочку! Внутри все сжималось от страха за нее.

– Отпустите мою дочь, и я гарантирую... – снова начал герцог, а я отмечала медленно окружающих нас гвардейцев.

– Чашу! – начала пятиться женщина, собираясь обернуться.

– Леди Обилия! – громко воскликнула я, поднимаясь с бревна, на котором сидела, отвлекая ее. – Отпустите девочку и возьмите меня вместо нее. Неужели вы не видите, что пугаете ребенка?! Я дорога Себастьяну не меньше – я его невеста.

С каждым произнесенным словом я приближалась к ним. Смотрела исключительно женщине в глаза, удерживая ее внимание только на себе. Тихое: “Что ты творишь?” – от герцога де Зентье напрочь проигнорировала. Главное сейчас было спасти Ангилию, потому что дама оказалась максимально непредсказуемой.