Путь к дому

Селена снова хотела возразить, но потом передумала, она зябко пожала плечами и очень по-девичьи перехватила себя ранеными руками:

- Наверное, ты прав. Детство кончилось. У всех. Идем, у меня есть идея, где мы сможем укрыться и спокойно подумать.

- А как же Кира и Анна?

- Будем надеяться, что Творец и правда создал их с расчетом на особую роль, - угрюмо улыбнулась Селена. Эль не стал спорить, он вдруг понял, что Селене сейчас очень важно, чтобы кто-то позаботился о ней… О всех них.

- Веди, - Эль приглашающим жестом пропустил сестру вперед. Но она улыбнулось уже по-настоящему, и хитро прищурившись, ловко вытянула из пространства иглу:

- Нет, ты веди! Это ты знаешь, где этот волшебный мир с мясофруктима и радужными морями! - Эль непонимающе вскинул брови, а Селена поймала его руку и уколола иглой. Взяла меньше капли. Перетерла её между пальцев, как будто нитку сплетала, и прошептала:

- Веди нас в Дальнеземье.

Эль едва на месте не подпрыгнул, но спрашивать у сестры ничего не стал.

- До Дальнеземья путь неблизкий, полный опасностей. За нами будут охотится все: Самуил, его слуги, демоны темных миров… Обещай, что будешь верить только мне. Только тому, что покажу я, и тогда мы сможем найти его и укрыться там.

- А нас пустят в это Дальнеземье?

- Только нас, детей Сильвии Гаспаро, туда и пустят, - рассмеялась Селена, - Идем, как дойдем до Мира, где можно будет передохнуть и хоть немного поесть и поспать, продолжу твой экскурс в дальние дали памяти крови.

И только тут Эль со стыдом осознал, что все это время они жили на магии сестры. Всё время пути. И как Селене только удавалось так хорошо держаться?! Завистливо скользнуло в голове, но потом стало стыдно. Она должно быть здорово устала и нуждалась в элементарном сне.

Глава 4.Анна. В поисках снов.

Анна очутилась совсем одна на тропе межмирья. Император никогда не разрешал девочке покидать родной мир в одиночестве.

Тем сложнее было сейчас, когда Эль не держал за руку, а Селена не говорила, что им делать дальше.

В первое мгновение очень захотелось обратно. Но ярость тут же погасила это желание. Слова Селены обжигали, а нерешительность Эля просто выбешивала.