Кровавая ария

— На занятное святилище мы тут случаем наткнулись, — словно бы невзначай заметил Вил, кивая через плечо на тупичок, — любите же вы своего Гезёками, коли к центральному камидану ещё и других местах алтари поставили.

— Гезёками у нас один камидан посвящён, — ответил Сайн, — тот большой, что в холле.

— А этот кому?

— Да никому, — махнул рукой администратор, — старьё. Выкинуть рука не подымается: авось, какое божество обидим. Вот так и стоит. Пускай себе дальше стоит, рису не просит.

— На алтаре свежие ароматические палочки, — со значением проговорила чародейка.

Если она и собиралась смутить шустрого администратора Королевской оперы, то ей это не удалось. Сайн на голубом глазу ответил с самым невинным видом:

— Конечно, жжём сэнко, вы видали, что у нас в театре делается? – широкий жест рукой словно бы предлагая охватить взглядом беспорядок, столь немилый его сердцу, — старьё, куда не плюнь, везде одно старьё. А от старых вещей запахи разные неносоприятные появляются. Вот и приходится сэнко сжигать время от времени.

Театр сам тоже старый. Хоть мы и числимся громко в Королевских, но финансирования никакого давным-давно не видали. Латаем, чиним, приспосабливаем. Тут, — господин Сайн обвёл глазами потолок в разводах от потекшей кровли, — начать и закончить.

— Понятно, — сочувственно проговорил Вил, — я вас отличнейшим образом понимаю. У меня самого в коррехидории море проблем.

— Значит, у вас тоже?

— И не говорите, милейший господин Сайн, — перешёл внезапно на доверительный тон коррехидор, — один – в один.

Крыша над левым крылом еле-еле держится, отопление на первых этажах барахлит. Вог, госпожа Таками не позволит мне соврать, — Рика, подыгрывая начальнику, серьёзно качнула головой, — оконные рамы в некоторых кабинетах рассохлись и плохо закрываются.

— Да, да, да, — всплеснул руками администратор, — про рамы мне даже ничего не говорите, умоляю вас! Оконные рамы – это самый больной вопрос. У нас у артистов в гримёрках вода зимой в кувшинах коркой льда покрывается.

— Ужасно, — посочувствовал Вил, — а старые вещи – та ещё головная боль.

Сколько, вы говорите, у вас таких камиданов по театру разбросано?

— Я ничего такого не говорил, мой любезный граф, — покачал Сайн головой, — однако ж, замечу: лишними камиданы никогда не бывают. Коли просто так ароматические палочки по коридорам расставлять, растащат. У нас народ ушлый, глаз да глаз нужен. А так, у бога не возьмут, особенно, когда слух прошёл, будто бы камиданы эти бога успеха.