Александра. Превратности судьбы

Моя девочка стала сиротой, а муж… Мужа больше нет. У меня в груди настолько огромная рана, что если бы я не пыталась её хоть как-то закрыть, то сошла бы с ума. Именно поэтому я считаю Юльку дочерью, своей девочкой, любимой и желанной. А муж… Я пока не готова впускать мужчин в своё сердце, а смерть Августа в этом плане очень даже на руку. Никто не решится предложить замужество вдове, пока длится траур.

Спустя минут пятнадцать Аннет принесла поздний ужин. Помогла сесть, подоткнув подушку под спину, и хотела даже покормить с ложки, но от этого я отказалась.

Выпив снотворное, я довольно быстро провалилась в сон, что хорошо. Но вот то, что вырваться из сна не могла — плохо. Особенно когда сон не нравится. Мне снилась авария и наша последняя ссора с дочерью, а затем картинка менялась, и вот я уже провожаю Юльку, а потом вижу перевернутую карету и кровь. Много крови.

Открыв глаза, я с опаской осмотрелась и тут же расслабленно выдохнула. Я у себя в покоях, всё страшное оказалось сном, на улице уже светает.

Откинув тёплое одеяло, я поёжилась от холода и поспешила подложить в камин дров. Как бы мне ни хотелось сейчас просто побыть одной, стоило собраться и идти завтракать, а затем разобраться, что же там с разбойниками. Отправить бы Дика к Лестерам, только вот подвергать мальчишку опасности я не хочу. Сначала — разбойники.

Умывшись и одевшись, я спустилась вниз и попросила Марию приготовить мне что-нибудь. Все уже давно позавтракали и разбрелись по своим делам.

— Садитесь, госпожа, я вам сейчас пирожков свеженьких положу, да чай заварю, — засуетилась Мария.

Она хотела отправить меня в столовую, но я отказалась. Быстрее перекусить здесь, чем ждать, пока накроют на стол.

— Спасибо, Мария, — поблагодарила кухарку и кивнула на соседний стул. — Тоже присядь со мной, выпей чаю, да расскажи, как дела.

— Да какие у нас могут быть дела, — отмахнулась Мария, но за стол села, предварительно поставив передо мной чашку с отваром и блюдо, полное свежих, благоухающих булочек.

— Эраст забегал, говорил, поймали тех душегубов. И вот надо же! Наши мужики ведь, с Дворок! А такое сотворили!

— Нашли-таки, — кивнула я. — Это хорошо. А ещё что-то интересное было?

— Да всё как обычно, миледи. Аннет ваша на Захара посматривает, а он её конфетами угощает. Наверное, скоро придут к вам благословения просить. Что ещё? В Дворках, поговаривают, волнения ходят. Всё чаще стали бафортовские заходить, смуту вносить.