Непутевая ведьмочка в академии колдовства

Может, я просто не знаю, как все обстоит на самом деле, а то, что рассказывали мама и бабушка, лишено смысла?

– Если ты решишь больше не общаться со мной и сейчас уйдешь, я не обижусь, – прошептала Руби, так и не дождавшись от меня ответа на свое признание.

Будь на моем месте Анабель, она бы так и сделала. Ведь урожденной Тимид не пристало общаться с отверженными, это бросало тень на безупречную репутацию рода, входящего в совет ведьм. Но в том, чтобы быть Гвин, обнаружились свои неоспоримые преимущества. Я могла делать что хочу, и никто мне и слова не скажет.

– Глупости, – отмахнулась я с самой доброжелательной улыбкой. – Мой род тоже не у дел, так что никаких проблем. У меня, конечно, нет папы мага, но Гвин не числятся ни в одном из ведьминских кругов.

Это было правдой. Мама отказалась оформлять на меня бумаги, как на представительницу шабаша. Сказала, что хватит и того, что она разрешила мне пройти вступительные испытания. Так что я теперь представляла собой самую презренную в сообществе ведьм категорию – ведьмочку без статуса.

– Правда?! – Руби выглядела такой счастливой, что я окончательно убедилась в правильности своего выбора. Вряд ли хоть одна ведьмочка из уважаемого рода рискнула бы репутацией и помогла бы мне скрыться от жандармов, а Руби сделала это, даже не задумываясь о последствиях.

– Конечно, – отозвалась я с беспечным видом. – Да и какая разница? Будь я самой Тимид, это не изменило бы моего к тебе отношения. Ты мне так помогла!

Лицо Руби осветила мягкая улыбка, в карих глазах зажглись веселые искорки.

– Скажешь тоже! Я видела Анабель Тимид на вступительных. Мы вместе сдавали. Она такая…

– Восхитительная, – с горечью промямлила я, вспомнив, как выглядит и колдует младшенькая.

– Да нет! Она злая и жестокая. Видела бы ты, что она сделала с одной из ведьмочек!

Щеки Руби заалели от возмущения, кулачки сжались, а я вздохнула.

К нам подошла мама Рубии проверила, как мы справляемся. В моей ступке семена льна давно превратились в клейкую массу, а с искорками доступной мне силы засыхание им теперь не грозило.

– Да ты прирожденный талант! – похвалила меня Таринья. – Как госпожа Химер освободится, покажу ей твою работу.