Непутевая ведьмочка в академии колдовства

– Не так быстро! Именем закона, ты арестована за оскорбление потомка первородного, – раздался стальной голос жандарма на портальной площадке.

Это он кому? Мне?

Я рванула с площади быстрее, чем успела сообразить, зачем это делаю, благо проход между людьми все еще был в моем распоряжении. Я летела вперед, боясь оказаться в отделении жандармерии незнакомого города.

– Держи ее! Держи! – слышались крики позади, но люди не спешили меня хватать, и то хлеб.

Я неслась на всех парах, когда прямо передо мной возникла курносая девушка с растрепанными темно-каштановыми волосами и в мешковатом балахоне.

– Бежим! – рявкнула она, схватила меня за руки и потянула за собой в проулок.

Глава 5

Мы юркнули за угол, потом еще за один, оказались перед ветхой дверью, выкрашенной облупившейся от времени зеленой краской, и мгновение спустя попали в полутемное, тесное пространство какой-то мастерской. По крайней мере, резкий запах ингредиентов для ведьминских зелий я ни с чем не спутаю.

– Ты кто? – спросила я, с трудом восстанавливая дыхание.

Я, конечно, уделяла внимание физическим тренировкам, поскольку в академии одним из предметов числилось укрепление тела и источника, но еще ни разу мне не приходилось бежать так быстро.

– Руби Саним, – выдохнула моя спасительница и заправила за ухо каштановую прядь. – А ты кто?

– Милина Т… – запнулась я, но тут же поправилась: – Милина Гвин. Можно просто Лин. Почему ты мне помогла?

Руби фыркнула, сверкнула карими глазами и улыбнулась такой искренней улыбкой, что мне даже не по себе стало от своего обмана.

– А что тут такого? Ты бы предпочла заплатить штраф за оскорбление потомка первородного?

Я вспомнила надменного брюнета и вздернула подбородок.

– Ни за что! Он первый меня обозвал!

Руби вдруг стала серьезной и, понизив голос, поделилась:

– Это был Джулиан Церхан. Слышала о нем?

Меня будто ледяной водой окатили, вмиг стало зябко, и я поежилась. Это имя не знал разве что глухой, слепой и больной на голову одновременно. Род Церхан состоял в королевском совете и занимался вопросами работы порталов в столице.

Меня мама никуда не выпускала из дома и ни на какие светские приемы не брала, зато Анабель выезжала в свет уже с четырнадцати лет. Сестрица с ума сходила по Джулиану и мечтала получить статус его любовницы. Ведьмы обычно не выходили замуж и не создавали полноценных семей, уж слишком неуживчивые и взбалмошные по натуре.