Федерация Объединённых Миров. Бонусы

Адмирал и цваргиня — на заднее сиденье, я — рядом с водителем.

— Мелани, а как ты оказалась около Бирюзового озера, да ещё и так поздно? — уточнила я тихо.

Конечно, я видела, что женщине тяжело по-настоящему, и всецело доверяла Даррену как сильному цваргу — вряд ли кто-то способен обмануть его, — но тем не менее подготовка агентуры всегда и во всём заставляла искать меня двойное дно. А вдруг это тщательно спланированный спектакль?

— Я вышла погулять…

— Одна? Вечером? — поразилась я.

Цваргиня смущённо кивнула и неожиданно снова всхлипнула.

— Мне надо было подумать. Я не знаю, как сказать мужу, что ребёнок появится раньше.

— Ну, так и сказать, — ответила я, напрочь не понимая, из-за чего весь сыр-бор.

Цваргиня впервые за весь вечер посмотрела чётко на меня. У неё были такие заплаканные и грустные фиалковые глаза, что мне вмиг стало стыдно за свой допрос. Какая разница, как она оказалась в морозный вечер там, где обычно никого нет… Что я прицепилась? Но, прежде чем я сказала «можете не отвечать», женщина сама обратилась:

— Джерри… кажется, вас так назвал ваш…

— Работодатель, — быстро вставила я, за что поймала укоризненный взгляд Даррена.

— …ваш работодатель, — произнесла женщина, не обратив внимания на нашу «игру в гляделки». — Мой супруг очень, крайне ревнивый! Вы себе даже не можете вообразить, до какой степени! Он может подумать, что я решила обратиться в Планетарную Лабораторию и сын не его… У нас тридцать лет ничего не получалось…  а если отсчитывать ровно девять месяцев назад, то Астор как раз был в командировке… Он очень мнительный и всегда говорил, что все эти анализы на совместимость — подделка.

Цваргиня задрожала всем телом, и даже мне было понятно, что на фоне стресса и начинающихся родов у неё началась паника.

— Мелани, если ваш муж вас любит, то ему будет всё равно, кто биологический отец этого ребёнка, — произнёс он неожиданно то, что заставило меня поперхнуться воздухом.

— Правда? — Роженица изумилась ничуть не меньше меня.

— Разумеется. — Адмирал лучезарно улыбнулся. — Но я уверен, что единственное, из-за чего он будет переживать, так это то, что вы чуть было не замёрзли у озера.