Зверь-из-Ущелья. Бастард и Жрица

– Значит, Рамона, – из уст этого человека моё имя прозвучало по-особенному. – И всё-таки, почему я здесь?

– Я ведь говорила, что не знаю.

Я, и правда, не знала. Даже догадок не было.

– Я не искатель, у меня нет власти проходить сквозь врата. Я хочу узнать ответ на свой вопрос.

Да что он заладил! В груди заворочалась злость. На свою оплошность, на его любопытство. На то, что вдруг оказалась беспомощной, как котёнок.

– Если бы я знала, я бы ответила!

– Может, ты не отдаёшь себе отчёта в том, что ты хотела, чтобы я последовал за тобой?

Он что издевается? Точно! У него это на лице написано.

– Ну и самомнение у тебя, чужак. Ты думаешь, я настолько легкомысленна, чтобы...

О, да, легкомысленна – не то слово. И легковерна.

– ...чтобы пожелать оказаться наедине с мужчиной?

«

А почему бы и нет?

» – внутренний голос, кажется, в сговоре с ним. Зудит, как назойливая муха.

– ...ночью, вдали от всех... – воздуха не хватало.

Чтобы что?..

Лестриец никак не желал опускать свой звериный взгляд и сбивал с праведного пути.

Всё вокруг казалось небывалым: этот странный возмутительный разговор, тихая ночь, укрывшая горы синей вуалью. Эта ночь глушила все звуки, кроме наших голосов и дыхания. Словно не осталось никого кроме нас. Дети разных миров осторожно, нащупывая брод, пытались сблизиться и понять друг друга, но сталкивались и разлетались, как камни.

А потом Реннейр шагнул ко мне.

***

Реннейр

– Ты не похожа на других искателей.

Я Бездна знает где в компании чужачки, но, вопреки её глупой попытке сбежать и бросить меня здесь, не видел угрозы. Я отнёсся к ней не как к части закрытого народа, презирающего и смотрящего на нас с высоты неприступных гор, будто мы копошащиеся в мусорной куче муравьи.

Пожалуй, сейчас я воспринимал её просто как женщину. Растерянную, смущённую, но за робостью которой скрывалась неуёмная жажда познания.

– Да, я немного странная. Отец говорит, что моя бабушка была упрямой и непокорной. Я в неё пошла, – и Рамона коснулась волос, собрала их двумя руками, плавным жестом перекинула на грудь. Прошлась пальцами по всей длине. – Жаль, что она умерла ещё до моего рождения.

Я поймал себя на том, что с жадностью смотрю, как открывается шея и ключицы, как антримка перебирает локоны...

– ...