Необыкновенная для рыцаря

Эти три года я была безумно влюблена в Эдика и, практически что бы он ни говорил, воспринимала, как истину в последней инстанции. Его реакция на мои слова о семье и детях не просто ошеломила меня, я испытала шок.

Получалось, что все слова о любви и чувства, которые он ко мне испытывал, все это было ложью? То есть, для него наши отношения были незатейливым приятным увлечением? В отличие от меня. Я-то как раз воспринимала их очень серьезно, отсюда и эта нестерпимая боль.

Плакала я долго, но как мне ни было горько разочаровываться в возлюбленном, как бы ни пугало мое неопределенное будущее, с выбором я твердо определилась.

- Марина! Я надеюсь, ты хорошо все обдумала, и больше не будешь устраивать таких некрасивых сцен? - вернувшись, сходу заявил мой возлюбленный, с удовлетворением глядя на мое унылое лицо и опухшие от слез глаза.

- Спасибо, что сбежал и дал мне время подумать, - неожиданно спокойно даже для себя ответила, глядя в его красивое, без признаков усталости и переживаний лицо. – Я выбираю семью и детей.

Темные брови Эдика приподнялись от изумления, такого ответа он, судя по всему, не ожидал.

- Что? Какую семью? Каких детей? Ты хоть понимаешь, что натворила? Я столько усилий потратил, чтобы построить наши отношения! – возмущенно воскликнул Эдик.

- Ты построил? Не мы? То есть, это исключительно твоя заслуга? Получается: я для тебя даже не партнер, а строительный материал? – не удержавшись, усмехнулась я.

- Не цепляйся, пожалуйста, к словам! Своими навязчивыми идеями о создании семьи ты вероломно разрушила выстроенную мной зону комфорта и благополучия! Я три года потратил на тебя, а ты все сломала! И все из-за какого-то каприза – она, видите ли, хочет ребенка! – Эдуард нервно бегал по комнате, размахивая руками, и без конца вскидывал голову вверх, будто призывал в свидетели кого-то из небожителей.

- Это называется материнский инстинкт, а не каприз, - не слишком любезно отреагировала я на его стенания, особенно меня задело слово «комфортно».