Наваждение. Книга 1

— Андрюша, осторожнее, не упадите! — Екатерина легко поднялась с плетеного кресла и поспешила вслед за своим воспитанником в комнату.

— Не беспокойтесь, мы погуляем по парку до ужина, — Александр Львович взял младшего сына за руку и повел его к высоким стеклянным дверям, выходящим в парк.

Екатерина вернулась и продолжила читать, но услышав шаги, положила книгу на балюстраду и обернулась. На террасу с сигарой в руке вышел Генрих.

Как всегда безукоризненно и элегантно одетый, со скучающим выражением лица он безучастно поприветствовал Екатерину и спросил, кивнув на сигару:

— Не возражаете?

— Нет, — коротко бросила девушка.

Молодой барон выглядел усталым. На лбу у него Екатерина заметила длинную ссадину, которую тот пытался прикрыть прядями светлых волос, спадавшими на лоб и почти закрывавшими глаза цвета холодной стали.

Генрих с наслаждением вдохнул ароматный сигарный дым и подошел к Екатерине.

— Простите, я должен был предложить вам… — он достал из кармана серебряный портсигар, раскрыл его и протянул девушке.

— Благодарю, я не курю, — строго ответила она. Неужели можно предположить, что девушка-гувернантка курит? Она ратует за равноправие мужчин и женщин, но причем тут сигареты? Это же просто глупо. Или это насмешка над ее жизненными принципами? Она кинула быстрый и пытливый взгляд на Генриха.

— Правильно, вредная привычка. И мне надо бросать. — Он затушил сигару. — Что читаете? — то ли из приличия, то ли от скуки безразлично спросил молодой аристократ.

Он меланхолично взял книгу, лежавшую на балюстраде, и с некоторым недоумением прочитал название вслух: «Практическое применение лекарственных растений в медицине».

— Зачем вам это? — с равнодушным удивлением поинтересовался Генрих.

— Буду поступать на курсы при Университете.

— Зачем?

— Странный вопрос. Вы же закончили Инженерную академию.

— Я — мужчина, мне это нужно, я работаю. Вы не будете работать, скоро выйдите замуж, будете воспитывать детей, радовать мужа, вести хозяйство.

Его замечание возмутило девушку, так же как и его тон. С таким же успехом он мог вещать стене или дереву, росшему перед верандой.

— Позвольте мне самой решать, что мне нужно, а что нет! И не считайте мои деньги, — довольно резко ответила она.

— Конечно-конечно, это ваше право. Просто дружеский совет.