Карильское проклятие. Наследники

Хотя бы во избежание вот таких подколов.

- И всё-таки, что ты пообещал нашим музыкантам? – не сдавалась алхимичка.

- Ничего особенного, - пожал плечами Ник. – Всего лишь спеть одну забавную песенку.

- Спеть?! – ей хотелось крикнуть, но получился лишь странный хрип. – Ты что ещё и поёшь?

- Дурачусь иногда, - усмехнулся он. – У каждого свои увлечения.

И улыбнулся, как юнец, умыкнувший у родителей бутылку дорогого вина. Одновременно и виновато, и гордо.

Теперь Терри не могла дождаться, когда же закончится этот танец, а потом сама потащила Доминика к музыкантам.

Конечно, она не ожидала, что он исполнит серенаду и не надеялась на лирическое произведение. Но уж точно не была готова услышать песенку из разряда деревенских, заводных.

А Ник ещё и тему выбрал актуальную.

Гитаристы легко наиграли ему незамысловатый мотив, а весёлый Доминик, забрался на один из стоящих рядом столов, демонстративно выпил содержимое протянутого ему бокала и тут же запел:

Недавно слышал я, на празднике частушки,

О том, как бравый принц, женился на пастушке.

Она пасла овец, цыплят своих кормила,

И тут вдруг под венец за принца угодила.

Он парень молодой, увидел ту девицу,

На площади весной, и вдруг решил жениться.

Пусть против был король, рыдала королева,

Но топнул принц ногой: «Не ваше это дело!»

И вот однажды принц заметил, что ночами

Любимая его, всё плачет и скучает.

И тут она ему, как на духу призналась,

«Кроме овец и кур ни в чём не разбираюсь.

На светских вечерах, ужасно я скучаю,

И о своих зверях, с тоскою вспоминаю.

Милее мне поля, дворцового убранства,

За пастбище своё все б отдала богатства»

Собравшиеся слушали Ника с улыбками на лицах, потому что многие уже поняли, о ком именно идёт речь в этом его шутливом выступлении. Дина же улыбалась шире всех, ведь в отличие от остальных, она уже слышала эту песенку и знала, что будет дальше. Но неожиданно идущий между куплетами музыкальный проигрыш прервался, а один из музыкантов крикнул:

- Неужели мы всё-таки дождались виновника торжества?!

После этого все тут же повернулись в сторону входа, где теперь стояли двое мужчин в тёмных плащах.

- Простите, ребят, - проговорил вновь прибывший, стягивая с себя плащ.