Принесенная через миры

Ашвар как будто стену возвел, отстранился и теперь присматривался ко мне издалека. Не знаю, что он хотел увидеть. Наверное, я бы могла спросить, что у них с Аниардом творится, что вообще здесь происходит. Но… останавливала себя. Потому что если я во все это полезу, остаться равнодушной будет очень трудно. А мне не стоит ни к кому привязываться. Я ведь собиралась вернуться на Землю. Освоиться, научиться жить здесь – это одно, это необходимость, очень надеюсь, только на время. Чувства – совсем другое. Не хочу, чтобы потом стало больно.

Перед балом все как будто с ума посходили. Ирма в том числе. Носилась вокруг меня, вопила, что ничего не успевает. Может, она и хорошо обучалась роли личной служанки, но к стрессовой ситуации оказалась не готова. И зачем беспрерывно носиться из стороны в сторону, мельтешить постоянно? Да, я тоже волновалась. Еще как волновалась! Это ведь мой первый бал. Но мельтешение Ирмы только сильнее нервировало.

– Ирма, пожалуйста, хватит! – наконец не выдержала я.

– Хватит? – она замерла.

– Хватит носиться туда-сюда. Что ты ищешь? Давай помогу.

– Нет, вам нельзя! Вы должны просто стоять и ждать, когда я все сделаю!

И все началось по новой.

Как ни странно, к нужному времени все было готово. Я стояла перед зеркалом и рассматривала себя. Изумрудное платье с открытыми плечами, чуть жестковатым лифом и мягкой, широкой юбкой смотрелось на мне потрясающе. Раньше я покупала недорогую одежду, у нас никогда не было много денег, тем более на то, без чего в принципе можно обойтись.

Впервые я надела платье, сшитое специально на мою фигуру. И поразилась, как восхитительно идеально оно может лежать, как подчеркивает все достоинства – тонкую талию, небольшую, но теперь совершенно точно привлекательную грудь. Изумрудный подчеркивает нежность кожи и добавляет благородства темным каштаново-вишневым волосам. А россыпь прозрачных капелек-кристаллов на лифе, постепенно, спускаясь к юбке, сходящих на нет, вносит в образ нотки свежести.

Только с украшениями возникли некоторые сложности. Сначала Ирма хотела надеть на меня что-то из своей шкатулки, но потом, посмотрев на это дело, все сорвала и психанула. Сказала, что к этому платью подойдут только дорогие, благородные украшения, но никак не бижутерия на каждый день.

Я в этом никакой трагедии не увидела, мне и так все нравилось. Но Ирма впала в истерику и убежала к себе.

Пока я крутилась перед зеркалом, любуясь отражением, раздался стук.