Любимая ведьма инквизитора

Это было какое-то странное наваждение.

Я зло стиснул поводья. Такие игры до добра не доводят. Хватит отвлекаться на всякую ерунду! Надо упорядочить и очистить мысли. Порядок – это все, что мне нужно. Хаос лишь сеет сомнения и смуту в умах и душах.

Мы с Сапфиром все глубже и глубже заходили в Тервинский лес. Я сначала почувствовал, а потом и увидел признаки увядания: над землей стелились тени Хаоса, листья поредели, некоторые свернулись в серые трубочки, другие осыпались наземь хрустящим ковром. Из земли торчали голые ветки шиповника и лещины.

Я потянул носом.

— Вперед, Сапфир.

Конь послушно нес меня дальше в лес, и чем дольше мы шли, тем сильнее становился запах тлена. Так пахнет смертельная зараза. Кора деревьев покрылась серым налетом, листья облетели, будто стояла глубокая осень. Торчали лишь голые ветви.

В кустах я обнаружил первый ведьмовской оберег, который путает следы и заставляет ходить кругами. Прутья, свитые в кольцо и связанные мерзкими окровавленными тряпками.

С брезгливостью подцепил эту дрянь мечом и, призвав на помощь очистительное пламя, спалил ее дотла. Пепел осыпался на траву – та в один момент съежилась и пожелтела.

В жилах закипела ярость. Ну попадись мне только, тварь.

Спустя некоторое время я понял, что путеводная дорожка растаяла и появляться не спешит. А сам я хожу кругами, как заколдованный. Эта мысль вызвала новый прилив раздражения и злости. Не обманула ли меня Йованна? Вдруг решила помочь сестре и направила по ложному следу? Я бросил взгляд на путеводный амулет – тот выглядел мертвым.

Вот же проклятье! Только этого мне не хватало. Ну что ж, придется положиться только на чутье инквизитора.

Между веток, точно стяги, реяли клочья седой паутины. Пауки испокон веков считались тварями Хаоса, поэтому не боялись его, в отличие от остальной живности. Второе «кольцо ведьм» я заметил высоко над головой. Оно висело на нитях, раскачиваясь в такт дуновению ветра.

Темнело, хотя до ночи было еще далеко. Я оглядывался по сторонам, пытаясь понять, куда дальше двигаться. Но следы путались, тропинки свивались клубками, а Хаос тянул свои цепкие лапы.

Вдруг Сапфир подо мной будто взбесился: встал на дыбы, чуть не сбросив. Я чудом удержался в седле. А после, сломя голову, рванул сквозь бурелом.