Не та истинная. Руки прочь от сестренки, чешуйчатый!

И так вчера вечером еле успокоила сестру, обещая, что ничего страшного с ней не случится и практически всю ночь караулила у ее постели, прогоняя ночные кошмары от постоянно вздрагивавшей девочки. Поэтому сегодня я собиралась всеми правдами и неправдами скрывать Эв от слишком явно заинтересованного в ней мужчины. Тем более требовать с ней встреч он прав не имел, какие бы регалии не украшали его послужной список. Однако, забываться и считать, что закон может полностью защитить от чешуйчатого, тоже не стоило.

В общем, чувствовала я себя эквилибристом, канат под которым раскачивается сильнее с каждым шагом. Успею добежать до конца или сорвусь вниз без страховки – вот вопрос.

– Ты понимаешь, что сейчас скрываешь от дракона его истинную пару? – верхняя губа лорда поверенного дрогнула, обнажив удлинившиеся клыки.

– Приходите через три года, и я и слова поперек вам не скажу, – развела руками, а внутри практически умерла от собственной наглости. Неужели я действительно произнесла это вслух?

Но оставалось только держать лицо, ибо страх хищникам показывать никак нельзя – это я еще с детства усвоила, когда нарвалась нечаянно с подружкой на стаю собак.

Миллинда, заверещав от ужаса, побежала и поплатилась за это кожей на лице и руках, я же крепко сжимала дубинку пальцами и стояла на месте как приколоченная. Свора выбрала ту, что слабее духом.

– Дерс-с-сишь, девочка? – сорвался на шипение дракон. Я сглотнула. Кажется, метод, работающий с четвероногими, с чешуйчатыми не очень-то эффективен.

– Н-нет, – замотала я головой. – Чаю? – пискнула в отчаянии. – Сегодня липовый, – чернющие омуты прожгли меня насквозь, препарировали и развеяли на мельчайшие частички. После такого яростного взгляда я вообще не была уверена, что смогу пошевелить хотя бы пальцем. – С имбирным печеньем и гречишным медом, – как утопающий хваталась я за соломинку, но вся соль была в том, что другой конец находился в руках злющего ящера. И только от его благосклонности зависело, удержусь я на плаву или же пойду ко дну.

– Подавай. И не думай, что смогла провести меня, я твою ложь нутром чую. Долго прятать сестру от меня ты все равно не сможешь. Да и в ней совсем скоро проснется тяга ко мне.

– Как пожелаете, ваша светлость, – тихо и обреченно ответила.

Грудь наполнила колючая безысходность, будущее виделось беспросветным, но я все твердила себе, что одержала победу вот уже вторую битву подряд, вынудив дракона в очередной раз отступить.