Невеста твоей мечты, или Ведьму вызывали?

— Чтоб ты сдох! — выдавила я первое, что легло на язык. Хотя, о чем я? Он и так мертвяк. — Что вам надо от меня?

— Жизнь твоя! — прохрипел мертвец. — Отжилась, ведьма!

Ох, не нужно такие вещи мне говорить. У меня реакция быстрее мозга. А еще чувство самосохранения очень сильное.

«Убивают!» — эта мысль была, но, после того, как я, совершенно не думая о последствиях, всем телом ударила в дверь. На секунду увидела, как изменилась, став удивленной, морда упыря. А потом я, на полном ходу экипажа, выпрыгнула из кэба.

В лицо, глаза и рот тут же полетела земля. Руки обожгло от боли сдираемой до мяса кожи, колени будто вывернули, ребра затрещали. Я кубарем летела по обочине, собирая собой землю и отчаянно прощаясь с жизнью, которую пыталась до того спасти.

Мне повезло.

Остановилась у куста, вцепившись в тонкие ветки руками и содрав, казалось, последнюю кожу.

Где-то впереди послышался злой рык упыря и ржание резко останавливаемых коней.

Я, не понимая, почему до сих пор жива, поднялась.

Вот ей-богу, я должна была себе все на свете переломать! Только думать об этом было некогда, снова послышался озлобленный рык.

Я бросилась бежать. Ноги не слушались, колени болели жутко. Последние пытались подвернуться, и каждый шаг отдавался болью. Мало того, я путалась в собственном рваном после падения платье. Левая рука висела плетью. Воздух вылетал со свистом из разбитых губ.

Я, превозмогая боль и удивляясь собственной живучести, неслась в лес за обочиной. Спотыкалась, падала и снова поднималась.

— Стой, ведьма!

— Ага, щас! — выкрикнула и прыти прибавила.

— Стой, дурочка! — показалось ли, что голос заметно изменился? Да какая разница! Главное, убежать.

И я неслась так, что в ушах свистело.

«Вот уж не думала, что ведьмы так бегать умеют. Мне бы ступу», — подумала мимоходом.

— Стой, сказал! — крепкая рука ухватила за плечо и под мой яростный вой с такой силой дернула назад, что на секунду весь мир и деревья закружились в бешеном вальсе перед взором.

Я, ничего не понимая, билась и сопротивлялась.

Глаза застилали слезы ужаса и отчаяния. Меня нагло закинули на плечо. Успела уловить, что на удивление мертвяк пользовался хорошим парфюмом. Но плевать, чем там пользуется «упырь», я, не раздумывая, впилась ему в спину зубами.

Тот выругался мрачно и, скинув на землю еще не пришедшую в себя меня, отвесил мне громкую пощечину.