Невеста

Однако даже старейшина не мог пойти против всей деревни. - Выбирай любого, кроме нее.

Полоз молча обогнул собственный хвост и направился в лес.

– С-с-с-сутки вам на рас-с-с-сдумья, - раздался голос в головах жителей, когда змей со своим войском скрылся в лесу.

Поникшие яринцы потеряли надежду. Едва переставляя ноги, мы брели назад, в деревню. Многие подходили ко мне, подбадривали. Говорили, что без меня им бог не нужен…

Но я-то знаю, что это не так.

И я точно знаю, как именно я должна поступить.

Морган спал, когда я вошла в спальню. Но, стоило мне только опуститься на его кровать, как синие глаза распахнулись.

– Уже утро? - потирая глаза, хрипло спросил мужчина.

– Скоро рассвет, - ответила я, не вдаваясь в подробности.

Я пришла попрощаться. Разумеется, я не скажу этого вслух. Но то, что я собираюсь сделать, наверняка убедит его намного лучше слов.

Сделав глубокий вдох, как перед прыжком в бездну, я медленно наклонилась и прикоснулась к губам Моргана.

Когда отклонилась от него, чтобы спросить, что сделала не так, я увидела крепко спящего Моргана. Темные волосы разметались по подушке, а лицо оставалось безмятежным. Он был красив. Очень. Надеюсь, он найдет себе другую жену.

Возможно, то что мы толком не попрощались, к лучшему. Долгие проводы - лишние слезы.

С родителями я решила не прощаться. Я лишь немного потопталась под окнами нашего дома, глядя, как домочадцы укладываются по кроватям.

Так, не заходя в дом, я и пошла к дороге на кромке леса. Перед смертью ведь не надышишься, верно?

Хотя мне до последнего не верилось, что Полоз убьет меня… Но если жертва нужна, чтобы призвать бога и восстановить церковь, так тому и быть. Сопротивляться я не буду.

Да, наш бог темный и очень жестокий, но другого нет.

Умирать, на самом деле, совсем не страшно. Особенно если знаешь, что своей смертью подаришь лучшую жизнь близким. А в том, что так произойдет, если я отправлюсь к Полозу, не стоило сомневаться. И наоборот.

А с полей уже занимался рассвет. Ярко-желтый диск солнца еле-еле поднимался в небо, как будто ему до смерти надоело светить тут каждый день.