Невольница Альфы

— Если хотите, я могу помассировать виски. Это поможет снять боль. Отцу всегда помогало.

Я чувствовала себя глупо, предлагая такую помощь.

Я выключила ноутбук и повернулась к нему. Георг выглядел озадаченным. А я кивнула ему на стул. Георг недоверчиво опустился на него. Я осторожно, легкими прикосновениями, начала массировать его голову.

— Я думала, у оборотней настолько мощная регенерация, что ничего никогда не болит.

Перешла массирующими движениями на шею — она была напряжена. Я сосредоточилась на твердых зонах, массируя их и восстанавливая кровоток.

Из-за зажатости мышц в голову поступало меньше кислорода, поэтому у оборотня и разболелась голова.

Расстегнула ворот рубашки, чтобы размять плечи, как вдруг Георг резко схватил меня за запястье и повернулся. Я вздрогнула от неожиданности, а потом увидела, что его зрачки стали огромными, почти скрывая желтую звериную радужку.

— Не надо, — произнес он хрипло голосом, изменившимся до неузнаваемости.

— Тогда все. Надеюсь, стало хоть немного лучше.

Он все еще держал меня за руку и смотрел гипнотизирующим взглядом. Мне было не по себе, часто стучало сердце.

— Стало, — ответил и потянул меня за руку, заставив обойти стул.

А когда я оказалась напротив него — дернул к себе на колени. Я чувствовала его запах, смешанный с мужским парфюмом — терпко-мускусным, тяжелым.

Георг повел рукой по моему телу от талии вверх, глядя в глаза. Казалось, вот-вот поцелует меня… Но оборотень вдруг поставил меня на ноги и встал сам, очень близко, мне даже пришлось задрать голову, чтобы смотреть ему в глаза.

Он неожиданно утробно зарычал, схватил меня, прижал к себе. Его глаза блуждали по лицу. У меня дыхание перехватило.

— Я не нуждаюсь в твоей помощи, девочка, — выплюнул вдруг сердито, отпустил меня неожиданно, так что я пошатнулась и едва не свалилась снова в его руки.

А он вышел из комнаты и громко хлопнул дверью.

Неделя прошла быстро и вместе с тем бестолково, с постоянным ощущением упущенного времени.

Я везде и всюду сопровождала Георга, на деловых встречах, обедах, в офисе.

Где-то он представлял меня как свою невесту из Академии, после чего его собеседники тут же теряли ко мне всякий интерес, видимо, ставя для себя мысленную пометку «пустое место». Где-то Георг вообще делал вид, что меня не существует, и не трудился даже представлять.

Три раза он оставлял меня в офисе, под бдительным оком секретарши, а сам исчезал по делам, которые, наверное, не должно было слушать даже «пустое место».