Вилена и Велард. Сказ о волках

А тот выглядел удивлённым и смотрел ни меня так, словно я сморозила какую-то глупость. Почему-то стало стыдно.

– Нет, мы не вампиры. Мы оборотни, – справившись с удивлением, ответил белый, подбирая слова.

От его голоса я не теряла рассудок и была рада, что говорил именно он. И всё равно не сразу до меня дошёл смысл слов.

– Как, оборотни? – опешила я. – Вы что, можете, как в сказках, превращаться в медведей?

– Медведей? – эхом повторил Леон и наклонил голову, рассматривая меня. – Я никогда не слышал про оборотней-медведей.

– Нет. Только в сказках, – выдавила из себя и покачала головой.

– Если о них говорят, значит, когда-то они там жили, – всё так же доброжелательно прокомментировал Леон.

Похоже, белый не собирался потешаться надо мной, и я почувствовала благодарность к этому странному че… оборотню.

Ой, тогда, получается, это я для них выгляжу странной? Почему-то очень хотелось, чтобы Велард нашёл меня симпатичной.

– А почему вы просили мою кровь? – пробормотала, поборов смущение.

– Это такая традиция, – медленно, тщательно подбирая слова, ответил Леон. – Вроде обряда, который подтверждает, что мы принимает тебя и даём защиту, а ты в ответ обязуешься не делать нам зла.

Звучало правильно, вот только кровь... И сколько её надо? Как они будут её брать? Раз оборотни, то, наверное, укусят? Я перевела взгляд на гобелен и представила, как мощные зубастые твари с картинки кусают меня… за шею, наверное. Поёжилась от неприятных мыслей.

– А это обязательно? – жалобно посмотрела на белого. Тот смерил меня каким-то особо пристальным взглядом, прищурился. Внезапно его лицо расслабилось, и оборотень улыбнулся.

– Ты что, боишься вида крови? – понимающе, добродушно-насмешливо спросил Леон.

Я кивнула и снова покраснела.

– Ну, думаю, для тебя это не обязательно, – бросив взгляд на чёрного, произнёс Леон. – Долго ещё ты собираешься сидеть на полу? Говорят, люди от такого легко могут простыть.

Велард, по-прежнему сидевший передо мной на корточках, нахмурился. Его недовольство наждачной бумагой прошлось по моим нервам.