Перворожденный

Они не узнали в Нэйтане мага, он позаботился об этом заранее, еще в самом начале путешествия надежно спрятав магическое пламя, пульсирующее в районе солнечного сплетения. Если сопровождающий был искрой, напавшие — огоньками, то Нэйт был костром, огромным, сияющим.

Разбойники попятились. Двое попытались переместиться, остальные трое —напасть. А уже через мгновение все пятеро корчились на земле, хватаясь за горло. Убивать их Нэйтан не собирался, только припугнуть и на время лишить способности двигаться.

Нэйт медленно сжимал кулак, контролируя процесс удушения: ровно до потери сознания.

Нэйт выстоял, нельзя было расслаблять руку. Кто-то сорвал напавшую с его спины, оттащил.

Последний разбойник затих, лишившись чувств. Только тогда Нэйтан расслабил руку и рухнул в пыль на колени.

Больно, чертовски больно.

— Эй, парень, — в зоне видимости показался рыжеволосый. Тот самый, с обостренным чувством справедливости — ничего удивительного. — Ты как? — Зашел за спину, выругался, глядя на, очевидно, смертельную рану.

— В порядке, — прошипел Нэйт, стиснув зубы от боли и пытаясь остановить кровь.

— Ого! — изумился нежданный помощник, увидев, что кровопотеря уменьшается на глазах.

Лечить себя было очень больно. Исцелять быстро — безумно больно. Нэйт пошатнулся, но рыжий не дал ему упасть.

— Что сделать? — спросил деловым тоном.

— Браслеты в моем мешке, — мотнул головой в сторону повозки. — Надень на этих, пока не очнулись.

Рыжеволосый бросил взгляд в сторону распростертой на земле пятерки. Понятливо кивнул.

— А тебе самому что нужно?

— Воды и одиночества, — просипел Нэйт, борясь с болью и накатившей слабостью.

— Как скажешь, — и тот перекинул его руку себе через плечо, помогая подняться на ноги.

— Эрик Финистер? — ахнула Катрина. — Эрик Финистер путешествовал в одежде простолюдина?!

Нэйтан усмехнулся, отпустил ее руки.

— А ты хорошо вышла. Наверное, все дело в матрасе.

Действительно. В этот раз Катрина даже не заметила, как вернулась в реальность. Усталость ощущалась, но не затмевала собой все остальные чувства, особенно любопытство.

— Эрик Финистер? — повторила она. В том, что тем рыжеволосым парнем был его величество, не было сомнений.

Нэйтан пожал плечами, не став отрицать очевидного.

— Фин, он назвался Фином.