Перворожденный

— Там так и будем: «лорд», «леди», «прошу простить», «позвольте сказать»... В печенках сидит!

Похоже, Эрик не преувеличивал, когда рассказывал о своей сестре, называя ее наглой.

— Так могу я войти? — Девушка положила ладонь на дверь, чуть ниже руки Нэйтана, еще полпальца вверх, и их ладони бы соприкоснулись.

Нэйт отпустил дверь и отошел.

Принялся застегивать пуговицы на рубашке.

— Это ваш дом, проходите.

Что-то подсказывало, что реши он в грубой форме ее выставить, дело закончилось бы скандалом, и именно ему, а не ей, пришлось бы объясняться, что незамужняя хозяйская дочка делает в его комнате.

— Гостевые покои, — протянула Эрика, войдя и осматриваясь. — Уныло тут.

— Я ненадолго, — заверил Нэйт, бросив взгляд на дверь, которую девушка аккуратно за собой прикрыла.

— Да? — Казалось, Эрика расстроилась. — Знаете, тут так скучно. Особенно в последние дни, когда объявили траур. В нашем загородном поместье можно хоть верхом покататься, а тут, как отменили все балы и праздники, хоть на стену лезь.

Она повела плечом, будто поежилась, хотя в комнате было тепло. Зато от ее движения халат соскользнул с плеча, обнажив тонкую бретельку ночного платья на голой коже. Такая кожа бывает только у рыжих: белоснежная, почти прозрачная.

Нэйт задержал взгляд на обнаженном плече, и Эрика довольно улыбнулась.

Нэйтан еле сдержал усмешку.

— Как вы находите столицу? — Девушка эффектно проплыла круг по комнате и устроилась на широком подлокотнике кресла, водрузив ногу на ногу.

— Мрачная.

— Полностью согласна, — поддержала она с энтузиазмом. Осмотрелась. — У вас тут нет вина? Было бы очень кстати. — А взгляд-то какой.

Кто-то явно мнил себя неотразимой искусительницей.

Нэйт поборол желание схватить ее за тонкое бледное запястье и выволочь в коридор силой.

— Можно позвать слугу и попросить принести, — предложил он.

— Уже ночь, жаль будить слуг, — Эрика быстро отказалась от идеи выпить. Еще бы, потом по всей столице поползли бы слухи о ее непозволительном поведении.

— Думаю, и нам с вами пора спать, — Нэйт красноречиво взялся за ручку двери.

Девушка закатила глаза.

— Брось. Я же вижу, ты нормальный парень, не такой, как мой братец и эти. Дай хотя бы поговорить с живым человеком.

Нэйтан вздохнул, понимая, что выставить ее так, чтобы быстро и без скандала, не получится. Прошел и сел на край кровати, упер локти в колени, переплел пальцы.

— Я слышал, у вас скоро свадьба.

— У «тебя», — поправила она. — Нас никто не слышит.