Давай сыграем в любовь

– А вот теперь вы говорите неправду! – улыбнулся Рудольф.

– Почему вы так решили?

– Вы отвели взгляд.

– Неправда! – горячо возразила девушка, смело глядя прямо в бирюзовые глаза. Там таились смешинки.

– Вы всегда отводите взгляд, когда говорите не то, что думаете, – хмыкнул император.

– Это так заметно? – на её лице промелькнуло беспокойство.

– Только мне, – галантно уверил её Рудольф, – Я слишком внимательно наблюдал за вами.

– Я даже не знаю, должно ли это мне льстить, или, напротив, пугать… – она смущенно улыбнулась.

– Просто примите это, как факт, – посоветовал ей император. – И все же, что вас так беспокоит во мне?

Амалия заколебалась, словно решая для себя, стоит ли отвечать на вопрос.

– Скажите, Ваше величество, могу ли я быть откровенной с вами?

– В последние дни, я только на это и намекаю, – отозвался он. Девушка натянуто улыбнулась:

– Я тоже думаю, что в нашем случае откровенность гораздо лучше, чем недосказанность, хотя я не знаю, как вы воспримите мои слова…

– Амалия, – оборвал ее Рудольф, – прекратите ходит вокруг да около и прямо скажите, что у вас на уме!

Набираясь решимости, Амалия потеребила оборку платья.

– Говорят, вы – любитель развлечений, – выдавила она и смущенно улыбнулась. – Видите, я тоже собирала о вас сведения.

В ответ Рудольф лишь расхохотался. Девушка недоуменно посмотрела на него. она ожидала всего, чего угодно: ярости, отрицания, холодного отповеди, но не этого смеха.

– Если это все, что вас беспокоит, то спешу вас успокоить, что слухи обо мне сильно преувеличены, – Рудольф усмехнулся.

Амалия покачала головой:

– Уверяю вас, у меня есть брат и я прекрасно понимаю, что мужчина, прежде чем принять решение о вступлении в брак, должен попробовать все соблазны. Меня беспокоит лишь то, что, по моим наблюдениям, мужчины, вступая в брак, редко меняют свои привычки. Вы привыкли… развлекаться, и я… мне бы не хотелось сплетен и жалостливых взглядов за своей спиной, – Амалия вновь подняла голову, внимательно смотря на императора.

– А вы гордячка! – усмехнулся он.

– Считаете это недостатком?

– Для императрицы это, скорее, достоинство.

Амалия покачала головой

– Не думаю, но порой гордость – единственное, что остается женщине, – девушка осеклась, заметив, что Рудольф смотрит на нее с каким-то странным выражением на лице, – Простите, я вас шокировала своими высказываниями.