Альда Хранительница

Стало так обидно. «Я же девочка», - в гневе пронеслась мысль. «С чего это он решил, что может меня лупить?». Но вслух не стала возражать, чтобы не получить еще одну затрещину. Принцесса надула губы, сдерживая слезы. Никто за нее даже не заступился и слова не сказал. Трусы! Обида и гнев из-за этого еще сильнее стали разрастаться. В голове Альда придумывала обидные фразы, которыми бы она могла ответить гиру. В глубине души принцесса понимала, что никогда эти слова не скажет, потому что от решения этого мужчины сейчас зависела ее жизнь.

Но ведь никто не запрещал об этом думать.

Дипат тем временем, как и матер Катюлла, тоже достал из кармана мешочек с монетами и отдал Стипу.

- Переночуешь в Каста Монте? А то ночь ведь уже.

- Не. Поеду я. Заскочу к Катюлле по дороге, еще раз, - усмехнулся Стип, залез на повозку и уехал.

- За мной, - скомандовал Дипат.

У ворот их ждал высокий молодой парень в кожаных доспехах и с копьем.

- Иди сюда, - приказал ему гир. – Подними Досси, у нас тут восемнадцать новичков, нужна еда.

«Досси? Может ли так оказаться, что это моя Досси»? – встревожилась Альда.

- И еще, - остановил сторожевого Дипат, - разбуди гира Тарма. Пусть спустится в столовую. Быстро.

Парень побежал в сторону горящих огней. И только тут Альда разглядела величественный замок. Такого она еще никогда не видела.В голове не укладывалось, что замок может торчать из горы. Он как будто вырос из нее. От ворот вела дорога из камня, длиной примерно двести локтей. Остальную территорию перед замком занимали массивные постройки и боевые орудия.

В некоторых Альда узнала катапульты и требушеты.

- Добро пожаловать в Каста Монт. Это горная крепость. Здесь вы будете учиться военному искусству три года. По истечению этого срока отправитесь служить на Север. Служить придется двадцать лет. Так что, советую вам напрячься и не расслабляться в ближайшие четверть века. Сейчас поужинаете и отбой. Построение после первого колокола. Остальное завтра утром.

Зайдя внутрь, мальчишки и гир оказались в просторном зале.

Приятный холодок вызвал мурашки на коже Альды. От факелов, что горели на стенах, едва веяло теплом. Между ними собирали пыль разные картины с портретами воинов в северной форме, на некоторых изображались целые сражения. На самом видном месте притягивал взгляд портрет Авариса, рядом повешена картина с человеком, похожим на него, только седого. Внизу золотилась крупная подпись: «Траннис Безжалостный». Насколько знала Альда, это был ее дядя, брат матери.