Лик короля. Правления

Тэлман, наверное, больше удивился тому, что я сказала о своем положении.

— Роза, — не выдержала молчания мама, — это правда, или просто версия спасения?

— Дорогая, наша дочка никогда так не шутила, — засомневался отец.

— Это правда, — сказал Тэлман. Усмехнулся и добил: — Двойня.

Мама вновь залпом пила воду, а я краснела.

— Да, тогда и речи не может быть об ее отъезде, — тяжело вздохнул отец. — Вы ведь ее питаете?

— Да, поддерживаю, — подтвердил король, — поэтому вы понимаете...

— Тогда, ясно. Но, дорогая, рисковать ребенком… точнее, детьми в таком положении… — совладал с собой отец.

— Это все равно скоро все узнают, но тогда Тэлман не сможет подловить момент. А тут, представь, что коронация, а после на балу объявляют о том, что ожидаем наследника. Это будет как гром среди ясного неба… И позволит отследить действия дезориентированного противника, подловить изменения в королевстве.

— Дааа, — протянул король, обдумывая, — ты права, мой цветок...

— В любом случае, их осталось немного.

— Все равно, — переживала мама, — не слишком ли рискованно? Теперь угроза будет для всех наших детей.

— Для безопасности я сюда вас и пригласил. И далее предлагаю так же — перебраться во дворец с нами.

— Благодарю, — кивнул отец, — нам так вправду будет легче.

— Роза, — строго посмотрела на меня мама, когда мужчины, продолжая разговор, отошли к окну, — разве так я тебя воспитывала?

Я виновато опустила голову:

— Я замужем, вот уже два с половиной месяца, поэтому все законно.

— Дорогая, — усмехнулась мама, — ты это будешь рассказывать своим подданным, но не мне. Я прекрасно поняла, какие махинации провел король, дабы сохранить твою честь.

— Мам, — теперь я слегка разозлилась, — вот именно, я практически уже королева. В любом случае, уж лучше в фаворитках короля, чем замуж за графа Милонского.

Мамино лицо смягчилось.

— Тут, пожалуй, я с тобой согласна, — в ее глазах показались слезы. — Никак не могу простить себе, что не смогла вас защитить...

После этого она встала и ушла.

А мое сердце сжалось, и теперь уже я достала платок и, наплевав на приличия, утирала ручейки со щек. Мне стало так жаль маму за то, что ей пришлось пережить...

— Роза, — позвала мама, я подняла глаза. — Ох, родная, вот, попей воды, — она протянула мне очередной стакан.