Лик короля. Правления

К высоте королевского дворца я уже привыкла за время проживания здесь, но любоваться на просторы, открывающиеся из его окон, можно вечно — природа не обижала, каждый раз предлагая разные окрасы.

И все-таки, куда делся дух-хранитель Эстер?

— Не знаю, моя королева. Вероятно, что-то произошло, — мой король явно усиленно размышлял над тем, что именно могло произойти.

— А как может умереть дух-хранитель? — уточнила, повернувшись снова к мужу. Мои юбки зашелестели, когда я подошла и села рядом с ним.

Тэлман без промедления дал ответ, поймав мою ладонь и бережно погладив ее большим пальцем:

— Если погибает последний наследник, не передав его другому роду, или если другой дух-хранитель его уничтожает…

Мне показалось, что он на мгновение замер.

— Но ведь род Эстер не прекратился, — задумчиво протянула я.

— Простите, Ваше Превосходство, — встал на колени передо мной Гровт, склонив голову. От неожиданности я вздрогнула и непонимающе посмотрела на него.

— Гровт, — встревожился Тэлман.

— Что происходит? — в недоумении я поспешила встать, чтобы подойти ближе к духу, но его слова остановили меня на полушаге.

— Эльбрут третий приказал мне уничтожить духа-хранителя рода Эстер, — его слова прозвучали как гром среди ясного неба.

Наступило потрясенное молчание. Меня охватило смятение, я часто заморгала, пытаясь усвоить услышанное. Взгляд замер на шторах, которые постоянно поднимались от сквозняка из открытого окна.

— Ты никогда не говорил! — резко подскочил Тэлман. — Почему?!

По виду мужа было ясно, что для него это словно удар — он весь собрался и буквально навис над все еще стоящим на коленях духом-хранителем.

— Ваше Величество, каждый из королей имел свою историю. Я подчиняюсь их распоряжениям. Эльбрут третий отдал такой приказ из политических соображений, чтобы сохранить Накинию при себе. После уничтожения орванстов дух-хранитель рода Эстер был ослаблен, он вернулся в родовой храм, чтобы собраться с силами после жертвы своей королевы.

Я все еще не могла разобраться в чувствах, завладевших моим сердцем. Но зато Тэлман явно не сомневался в своих — из его губ буквально прозвучал стон и он запустил в волосы пальцы.