Лик короля. Правления

Моя Роза поднялась и подошла ко мне, такая уютная в домашнем халате.

— Как ты? — спросил. — Сильно устала? Хорошо ли чувствуешь себя после случившегося?

— Все нормально, успела отдохнуть. И со мной все хорошо.

Я поцеловал ее в щеку и пригласил сесть.

— На бал прибудет моя двоюродная сестра по маминой линии и ее семилетний сын, мой племянник. Они живут в Южном Море, только сейчас смогли приехать, и то, благодаря порталам.

— Оооо, — улыбнулась она, — еще сестра… С моей стороны должны были подъехать бабушка с дедушкой, но, честно говоря, не знаю, успели ли они.

— Успели, — улыбнулся.

— Очень давно с ними не виделась. Дедушка решил покорять разные моря, после того как мама выросла, и бабушка, естественно, отправилась вместе с ним. Тэлман, я хотела тебя спросить… — Роза замялась. Раньше она так себя не вела, обычно моя розочка более уверенная. — Ты пропал в прошлый раз, когда услышал, что я играю на флейте…

Настроение упало. Но я понимал, что Розе нужно объяснение. Да и в любом случае рассказать придется.

— Мама играла на флейте, — начал я, вспоминая сентиментальные моменты детства. — Та жизнь, до ее смерти, была будто совсем другим миром. Я уже и забыл, что это такое — быть ребенком и видеть ее лицо…

— Прости, — услышал тихий шепот.

— Тебе не за что извиняться. Наоборот, я услышал мелодию и вспомнил то многое, дорогое, что забыл. Мое сердце давно очерствело. Но, как ни странно, любовь к тебе и твоя любовь смягчили меня. Пока не знаю, хорошо это для королевства или нет, — пошутил в конце, чтобы поднять настроение супруги.

— Тэлман… расскажи, — попросила.

Поймал ее ладонь и поцеловал прохладные пальчики.

— У мамы были теплые руки, она много играла на флейте и любила петь. Она была как фея... Неудивительно, что отец так сильно ее полюбил. Но мама от рождения была некрепким ребенком. Меня выносила, и то не так легко, как хотелось бы, а двойню — и подавно. Моя двоюродная сестра рождена от ее двойняшки, моего дяди.

Роза кивнула:

— Слышала, но не знала, что у него есть дочь…

— Да, ей было всего семь, и она плохо помнит отца, а я помню хорошо. Самое ужасное — он умер вслед за мамой. Сначала я злился, не хотел видеть Эльмиру и Томми. Отец уже держался из последних сил, он как мог дорастил меня до шестнадцатилетия. Однажды я спрятался ото всех, читая книгу, и тут увидел, как ползет Эльмира… а вслед за ней — Томми.