Выбор Достойного

Последнего подняли посреди ночи воины-духи лорда Картела.

“А с вечно неспящими спорить о времени суток бесполезно, с хозяином замка и вовсе опасно для жизни. Спасибо, что дали возможность хотя бы одеться, а не притащили в исподнем, с них сталось бы", — хмуро размышлял мастер-лекарь Эолан Торший. С опаской, разглядывал раскуроченный интерьер в комнате и с интересом рассматривал свою ночную пациентку. Пара горничных отчаянно пытались навести хотя бы подобие порядка.

— Итак, запущенное переохлаждение, отсюда сильный жар, несите таз с холодной водой и полотенца, — распорядился мужчина, раскрывая чемодан из грубой кожи прямо на постели.

— Ставь..., — растерянно, опять оглядываясь на развороченную спальню, начал мужчина, — да вот сюда, прямо на пол ставь. Как тебя зовут?

— Мари, мастер Торший. А я вот им говорила, что леди плохо! Говорила же! — в сердцах стукнула тазом об пол девушка.

— А они что же? — повел бровью лекарь.

— А ничего они. Сказали — распоряжений нет, а им бы все распоряжения эти. А она же хорошая! Не такая леди, как обычные леди. Хорошая она, вот. — сбивчиво ответила служанка и поспешила продолжить приводить в порядок покои.

— Мари, а кому мне оставить рекомендации по лечению?

— Господину управляющему лучше всего.

— Можешь позвать? — мягко попросил мужчина, остановив наконец—то свой выбор на фиолетовом флаконе.

— Конечно, они там вместе с госпожой Митвелл чай успокоительный разливают, напугал их лорд, давно он в таком гневе не был! Вот очень давно! Ой! Зову! — снова смутилась от своей болтливости Мари и поспешила выполнять поручение мастера Торшия.

Исполнительная служанка, быстро миновала несколько поворотов и остановилась перед скромной полукруглой дверью, за которой во всю шел напряженный разговор.

— Алайя! Почему ты не доложила? Он нас чудом не прибил в том злополучном коридоре! — шипел управляющий, сидя за столом и прижимая ко лбу компресс, — чудом, Алайя! Слышишь? Чудом!

— Я докладывала, Терис! Докладывала! Ты что сказал? На ее счет лорд никаких указаний не оставил! Распоряжений нет — значит не наша забота! — передразнивая официальный тон господина Пемброка прошипела в ответ главная экономка, убирая со своего лба полотенце.

— Ты не докладывала, что у нее жар и она там без сознания валяется. К черту! Уволю! — клацнул зубами управляющий.

— Уволь! Десять лет уже увольняешь... Ой как же голова болит...