Поймай меня, или Моя полиция меня бережет!

Хотелось напомнить, что домовым инициативу проявлять не положено – мы же тупые исполнители!

Но не стоило лезть в бутылку - за исключением этого выпада он старательно держался на равных, - поэтому я призналась честно:

- Думаю, он просто сумасшедший. Ему нравится играть с полицией. Ну, не знаю, противопоставлять свою силу и хитрость нашим.

- Отчего же тогда он выбрал именно вас, Стравински? – парировал Мердок. – Ведь вы не занимались этим делом.

Я только развела руками.

- Понятия не имею. Может, он наблюдал за тем зомби, которого я взяла? Кстати, по нему что-нибудь есть?

- Ровным счетом ничего, - поморщился Мердок.

И добавил кое-что еще, не вполне вежливое.

Я невольно улыбнулась и раздавила сигарету в блюдце, стараясь не задумываться о его стоимости.

Надо же, а он тоже человек! Зря я считала его бесчувственным истуканом.

- Чему вы радуетесь, Стравински? – осведомился он крайне холодно, подпортив впечатление.

Пришлось срочно сгонять с губ компрометирующую улыбку.

- Совпадению вашего и моего мнения о ситуации, господин следователь! – отрапортовала я бойко, преданно пожирая его глазами.

За время работы в полиции я освоила этот трюк безупречно.

«Ты начальник – я дурак, я начальник – ты дурак!» - как любит повторять бабуля, с которой я репетировала тот самый «вид лихой и слегка придурковатый».

Он вздохнул, снова устало потер переносицу и предложил вдруг:

- Стравински, давайте мы с вами обойдемся без официоза? Разумеется, не при посторонних. Так или иначе, мы вынуждены работать вместе.

«Вынуждены» мне не понравилось, но я это проглотила.

- И как мне вас называть?

- Мердок, - предложил он ровно. – Обращаться друг к другу по имени будет излишне, а вот по фамилии в самый раз.

«Зануда!» - подумала я с досадой, а вслух сказала:

- Договорились.

Он кивнул.

- Итак, вы не подозреваете, кто это мог быть?

- Увы, - я развела руками и с тоской покосилась в окно.

Там солнышко, птички... а мне тут разглагольствования Мердока выслушивать!

Сколько можно об одном и том же?

- Боюсь, так мы ни к чему не придем, - заявил он, словно подслушав мои мысли. – И все же любопытно, почему он изменил правила игры? Ведь не было никакой угрозы – ни улик, ни свидетелей, ничего. Любопытная загадка...