Лекарь для императора. Обмануть судьбу

Вот и сейчас взрывная волна легко прошла сквозь щит, но ни деревянные обломки, ни осколки стекла не добрались до снова спокойного и относительно безопасного зелья.

— Милая, этому срочно нужно название, — чуть хрипло подал голос Алек. — Такое зелье не может оставаться просто зельем.

— Название? Да, у меня есть кое-что подходящее. Я назову его Погибель... — разворачиваясь и встречаясь с холодным взглядом величества, стоящего в дверях. — ...императора.

— Ваше императорское величество, — снова склонился Алек.

И на этот раз куда более уважительно.

В отличие от императора, который вряд ли уважал хоть кого-то из нас.

— Ваше... — начал Ориан, и время вдруг застыло.

Хотя, может, мне просто показалось. Время — показалось, но не тьма, что голодным зверем взметнулась, скрывая Ориана, Алека и всю лабораторию. Всю, кроме нас.

Шаргх, он же снова испоганит мне зелье!

Но метнуться к котлу я не успела. Ничего не успела, когда сила, от которой снова потянуло свежестью и каким-то родством, коснулась сапог.

Одним прикосновением меня лишили возможности двигаться, но нет так, как это бывало при стазисе, когда ощущаешь себя деревянной куклой и не можешь двигать даже зрачками. Здесь я чувствовала себя... собой. Но скованной чужим желанием и волей. Мягко, ненавязчиво. Так, что вмиг понимаешь — ему ничего не стоит приказать тебе не дышать.

— Снова ты. — Император приблизился так, что я разглядела светлые вкрапления в голубых глазах. — Почему всегда ты?

Открыла рот, но не издала ни звука.

А следом почувствовала, что управляю своим голосом.

— А почему вы всегда изъясняетесь так непонятно? Или растянуть два слова в рассказ вам не по карману? — Подумав, добавила: — Ваше императорское величество.

И хотелось бы ехидно, но поза не способствовала.

А величество вдруг скользнул взглядом по моему лицу. Но этого ему показалось мало, и сердце позорно сбилось с ритма, когда неожиданно тёплые пальцы коснулись щеки.

— Почему у тебя глаза разного цвета?

— В детстве выпила неудачное зелье, — огрызнулась.

Потому что эту историю не хотела вспоминать до сих пор. В ней мало приятного, зато тьма полезного. Для выживания в глухом лесу со всякими тварями.

— Врёшь, — хмыкнул император.

Подёрнулся дымкой, а в следующий миг предстал таким, каким чуть меня не убил — корона, когти, полутруп и вот это всё.

И, конечно, у меня тут же заныло внизу живота, требуя коснуться мраморной кожи, вдохнуть аромат грозы и бури...