Соль

Только выглядел не одухотворённым, а ужасно серьёзным. И вдруг я начала дышать. Так резко, что в груди сделалось больно. В тот миг мне думалось, что ничего более нелепого привидеться просто не могло, но потом я увидела город.

Нет, это был не Порто-Крус. Я вообще таких городов никогда прежде не видела. Здания в нём были высокими. Выше, чем колокольня нашей ратуши. Много-премного этажей сплошь из стекла и камня. Нелепые и неуютные на вид строения, которые мог возвести лишь очень ленивый человек, не желавший разбираться в архитектуре вовсе.

Здесь пахло странно. Горьковатый дым мешался с ароматами, которым я не знала названия. Это пугало меня так сильно, что я бежала вперёд, не разбирая, куда именно спешу.

Под ногами хрустели сухие листья. Яркие, как бумажные обрывки. Ветер гнал их по бесконечной дороге, но эта дорога выглядела неестественной. Она была гладкой и вилась впереди широкой, чёрной лентой. Лента разветвлялась между зданиями, как сосуды в громадной кровеносной системе. Только вместо крови по ней бежали люди.

Жаль, что этих людей рассмотреть я так и не успела.

Меня разбудил писк. Противный монотонный звук, который нарушил мой сон.

Я открыла глаза с мыслью о том, что в каюте мышь. Однако, верещать в ужасе я вовсе не собиралась.

Несколько мгновений я просто лежала, прислушиваясь к звукам. Скрипела обшивка. Снаружи раздавался плеск волн о борт. Качка бы вроде немного улеглась. Настолько, что я даже разобрала голоса матросов на палубе. И никаких мышей, разумеется.

Спать более не хотелось. Напротив, возникло желание поскорее вылезти из постели и размять конечности. Так я и поступила. Вот только пришлось умыться и одеться, потому что ходить по кораблю, полному одиноких мужчин, в одной ночной сорочке казалось мне идеей глупой. Если не сказать гибельной.

Пока я приводила себя в порядок, небо за окном посветлело.

Я остановила свой выбор на довольно глухом и плотном тёмно-зелёном платье с воротником-стойкой и множеством мелких медных пуговиц. С ними я провозилась добрых четверть часа, пока застегнула все, включая целые вереницы на манжетах. Однако, вздумай кто попытаться снять с меня это платье, ему удастся это сделать без должной сноровки едва ли к обеду. По тому же принципу я выбрала корсет, панталоны, чулки и туфли на шнуровке до щиколоток.