Рыжая для Серого

– А что за проклятье вы наложили на моего сына? И когда оно начнёт действовать? – поинтересовался мэр у меня.

– Проклятье-сюрприз. Не бойтесь, молниеносной смерти не будет. Так что успеем отменить всё, если ваш сын готов будет признать меня сильной ведьмой, – ответила со злорадной улыбочкой на лице, очень не против такого поворота: зарвавшийся лев на коленях молит избавить его от проклятья, которого нет и не может быть. Но в любом случае приятно видеть своих обидчиков морально поверженными.

– Этого не будет, – заверил Кинг то ли себя самого, то ли отца, то ли меня, а может, молчаливых наблюдателей – Люка и рогатого бугая.

– Я понял твою позицию. Как и госпожа Рита, – поспешил взять слово мэр. – Иди на совещание, я сейчас приду.

Долго уговаривать сына ему не понадобилось, но пришлось перекинуться с ним взглядом, чтобы настоять на своём слове. Кинг разминулся в дверях с помощником отца, в чьи руки меня и передали.

Добравшись до гостевого дома, я покивала Южу, принимая к сведению информацию о дальнейшем плане действий с моим участием.

– И что ты будешь делать с проклятьем?

– Ничего, – ответила, повернув голову на бок. – Скажи ещё, что я должна озаботиться вопросом «не сломал ли ме-ерзкий сын мэра палец на ноге, или два».

– От твоего удара у него немного поболит, а к утру будет как новенький.

– Какое счастье услышать об этом, – прокомментировала язвительным тоном, не забыв покривить ртом.

– Так какой план? – наседал Люк, присев на корточки у дивана.

– Ты что, голосом моей совести заделался? Можно мне перевести дыхание и расслабить мозг? Спонтанное проклятье это тебе не хухры-мухры, мне едва слов хватило. – Тяжело вздохнула, прикрыв глаза.

Сумасшедший мир. И я тут самая сумасшедшая. А что там говорилось в одном из интернет-манифестов? Не можешь терпеть это безумие – возглавь его? Если так, то у меня, вроде, всё движется в этом направлении.

– Ри-и-та, – тихо позвал Люк.

– Што? – ответила невнятно – притяжение к подушке было сильнее моих сил.

– Ты не забудь про проклятье.

– Да с тобой фиг забудешь, – пробурчала, перевернувшись на другой бок и уткнувшись носом в спинку дивана, добавила: – Дай поспать.

Люк больше меня не трогал, если не считать пледа, которым он меня заботливо укрыл. Переживает – могу понять.