Рыжая для Серого

Нам предстояло трястись в автобусе больше восьми часов. Я старательно убивала время, как могла. Меня уже стало тошнить от игровых приложений, что я успела установить в своём мире, и которым, к моему счастью, не требовался интернет.

Воспользовавшись стойкостью Мяты, расспросила о её родном городе, семье и жизни в целом. Отвечала она нехотя, боязливо. Словно я вычислю потом всех дорогих ей зверолюдов и прикончу, чтобы не скучали по своей дорогой Мяте.

Но она охотно рассказала, каким образом её выбрали в жертву. В школьных учреждениях каждый год проводят медосмотр, фиксируя параметры и особенности каждого юного зверолюда: длина ушей, хвоста, окрас, рост, цвет глаз.

Я подумала об Акации, что один раз лишь слезла с кровати, чтобы сбегать в туалет, а на обратном пути прихватить кочан капусты из холодильника. У неё ушки были вкусного кремового оттенка, и хвостик, прятавшийся под свободной юбкой её белого платья, вероятно, был в тон к ушкам.

А после мысли перепрыгнули на Люка, что снова занял койку и наблюдал за мной и Мятой скучающим взглядом. Его уши и хвост были угольно чёрного цвета. Чистокровный волк? У мамы-то козы? Теоретически возможен вариант, что гены папаши-насильника оказались сильными и живучими, а маме-козе лишь оставалось выносить и вырастить то, чем наградил волк-министр. Странно, что этот папаша не разобрался с незапланированным приплодом.

Да и по любому другому вопросу я к нему не обращалась, а старательно игнорировала после вчерашнего отказа. Но волк оказался куда сообразительнее и добрее меня: он сам взялся за готовку обеда и перекусов. В первую очередь из-за того, что сам проголодался, но обеспечил горячей едой всех попутчиков, даже Акации предложил поесть, но та отказалась.

***

Снаружи стемнело. Мы окольным путём проскочили скопление огоньков, похожее на кусочек Млечного пути, каким-то чудом затерявшегося на земле.

Прохладный воздух освежал после душного салона. Меня с Люком отделили от Акации и Мяты, рассадив по разным легковым автомобилям. Часть пути мы ехали по одной дороге, но в итоге разделились окончательно: машина, в которой были девушки свернула влево, а мы продолжили ехать прямо.