Рождённые в горах. Звёзды помнят лица

Перед парнями виднелось кольцо брёвен, посередине которого на пепельном покрове кучкой лежали свежие дрова. Трюггви подошёл к нему и присел на колени.

– Понимаешь, такое дело… не хочу я этого. – Признался Торгни. – Так решил отец, но не я. Не спорю, меч это здорово, но убивать животных, сидеть в лесу в засаде часами… Мне это не нравится. Я мог бы быть полезным в чём-то другом.

– У тебя нет огнива? – спросил Трюггви, на что Торгни отрицательно покачал головой. Около незажжённого Костра собирались жители деревни. – Значит, попробую кое-что.

Трюггви вновь призвал дар, тут же засиявший тёплым светом. Парень направил его в сердце кучи брёвен и приказал вертеться на одном месте. Как ветка об ветку. Он слышал, что так делали его предки. На его счастье, скоро показалась струйка дыма, переросшая в маленький огонёк. Истлел хворост, и вспыхнули дрова. Дар вернулся к владельцу.

– Я подумаю над твоим предложением. – Ответил Трюггви, поднявшись. Торгни всё это время стоял за его спиной. – После Костра подойди ко мне.

– Хорошо! – обрадовался Торгни и отошёл от Трюггви, заняв место на бревне.

Трюггви смог выдохнуть. Давно к нему не проявляли такого внимания. Между прочим, все жители смотрели на него. Все они видели его дар в деле. Ему нравилось, что можно больше не скрываться. Пропал страх быть застигнутым за магией.

Ещё его радовало, что родители до сих пор не поговорили с ним об этом должным образом. Не хотелось объясняться перед всеми и рассказывать историю с оленем десяток раз. Да и времени нет. Но, когда оно появится, он поговорит с родителями.

К Костру плавной походкой подходила Риа. Она сменила тканевую накидку на меховую. Подол плаща белой рекой раздвигал траву. Тонкие ноги нежно ступали по едва заснеженной земле, а волосы трепались на слабом ветре. По плечам Рии спускались тонкие косы, в которых переплетались зелёные ленты. Они прятались в длинных распущенных волосах. В руке она держала свиток, в котором жила история.

Трюггви засмотрелся на неё и приоткрыл рот.

«Вот это – Риа! – подумал Трюггви. – В ней не осталось и капли от Скутта!»

Когда Риа подошла совсем близко и замкнула кольцо, все встали со своих мест и приложили левые ладони тыльной стороной ко лбам, а правые возложили на сердца. Начинался первый Костёр новой травницы, и деревня, вспомнив былые традиции, приветствовала нового предводителя.