Рождённые в горах. Звёзды помнят лица

Звон от ударов металла резкими толчками разбавлял звуки трескающихся в печи брёвен. Жар, казалось, шёл ото всюду.

– Что такое, сынок? Неужели решил в ученики записаться? – спрашивал отец. Он сделал последний удар по закалённой стали и, прихватив будущее лезвие меча клещами, отпустил его в бочку с водой. Та сразу вскипела и забурлила. Вода ненадолго воспламенилась, и это завораживало. Тайвос осмотрел лезвие и отложил его, снял кожаные перчатки и подошёл к сыну.

– Нет, пусть все блага достанутся Абайсгледу. У меня к тебе другое дело.

Тайвос уже видел свечение. Он терпеливо ждал, пока сын вновь покажет ему нечто волшебное. Когда Трюггви стал доставать яйцо из-за пазухи, Тайвос сдерживал восторг.

– Это где ты нашёл такой камень!? – наконец не сдержался кузнец. – Ты посмотри, как он сияет! Его можно обработать, и тогда…

– Не, па, остановись немножко. – Трюггви обнял яйцо. – Это никакой не камень. Драконы передали нам яйцо на хранение. Я хотел у тебя спросить, может ли оно полежать здесь, пока не проклюнется? У тебя тут темно и тепло.

– Драконье яйцо? – отец подошёл ближе и провёл ладонью по твёрдой глади. – Жаль, конечно, что не камень. Но пусть лежит, спотыкаться об него не буду.

– Спасибо, пап, очень выручил! – Трюггви крепко пожал отцу руку. – Только никому не говори, что оно здесь. Вообще никому, даже маме. Пусть об этом знает, как можно меньше людей.

– Ох и ввязался же ты за Рией во всё это. – Тайвос закатил глаза. Он отошёл от сына и вернулся к будущему клинку. Рассматривая его со всех сторон, мужчина, то и дело, возвращался взглядом к светящемуся яйцу.

– Ты о чём?

– Ну как же? Скоро вы с Рией сыграете женитьбу, нарожаете детишек… Но до того ещё столько преград! Всё время вам придётся бороться со всем, что творится вокруг. Вы будете вылавливать время для совместных прогулок, прячась от чужих глаз. Эх, вспоминаю, как мы с твоей мамой сбегали по ночам в лес и гуляли до самого утра!

– Скоро мы со всем справимся и тогда… я предложу Рие сыграть женитьбу.

– За одной проблемой следует другая. А вы ввязались в борьбу жизни со смертью, сынок! Не надейся на долгий покой – с магией нельзя связываться. Она так и жаждет противостояния. – Говорил Тайвос. – Нужного момента никогда не настанет. Ты уж прости, если я порчу твои планы, и, ты не подумай, я не хочу тебя торопить… Но, для любви и заботы нет подходящего времени.