Тайна Верховной жрицы

И отметил, что пейзаж пусть и бедный, но весьма любопытный: солнечный, интригующий, пропитанный ароматом меда и персиков, солью волн и криками чаек.

«Интересно, какие увлекательные приключения подарит мне это место?» - подумал Рурык, чувствуя, как приходит в себя. Недовольство прошло, на смену ему вылезло любопытство.

Вспомнив, что забыл «подружиться» с городом, юноша опустился на землю и прижал ладони к земле, перебирая меж пальцев сыпучие песчинки. Шершавые крупицы терлись о ладони, точно игривые котята.

«Ну, привет, Иривия, - мысленно произнес Рурык, жмурясь под ласковыми лучами осеннего солнца. – Я много о тебе слышал и всегда хотел увидеть своими глазами. Я знаю как ты величественна и мудра, и с уважением отношусь к твоим традициям. Помоги мне освоиться на твоих землях. Я тебя не обижу. Ты мне очень нравишься, и я очень хочу познакомиться с тобой. А может быть даже прижиться здесь». Юноша вновь прикрыл глаза, продолжая перебирать сыпучую почву и прислушиваться к ощущениям.

Вот теперь мошенник чувствовал, что точно вернулся к себе настоящему. Долгий путь по морю на корабле контрабандистов изрядно вымотал нервы, сбив настрой, но хорошо, что юноша это вовремя заметил и исправил.

На последнюю монету Рурык приобрел свежую газету. Савениец по опыту знал, что бумажная пресса не только отлично укрывает от любопытных глаз, но и служит источником вдохновения.

Однако первые несколько полос оказались весьма бестолковыми. Обсуждалась война с Савенийской конфедерацией, в частности недавний конфликт в водах Срединного моря, когда объединенная армия четырнадцати государств значительно оттеснила с границы морской флот Иривийской империи.

Собственно, именно из-за войны Рурык был вынужден воспользоваться услугами контрабандистов. Пассажирские корабли несколько месяцев как перестали курсировать между Савенией и Иривией.

Вторым по значимости событием стала смерть Верховной жрицы и грядущие выборы новой. Рурык пожалел, что, готовясь к путешествию, недостаточно усердно изучил вопрос религии. В Савении о культе было известно не так много: иривийцы верили в богиню Денею – мать земли.