Мечта для ликана

Часто она даже не знала, что у них были гости: запершись в детской, она днями напролет возилась со своим единственным в жизни счастьем — своим сыном. Она уже смирилась с тем, что он не был магом — материнская любовь в ней пересилила пропитавший кровь холодный расчет. А вот ее мужу приходилось нелегко: Рэмэл чувствовал, что Кэтрин сторонится его, не подпускает к сыну, к тому же без нее все в доме полетело в Глубины — слуги не слушались его, обед вечно подгорал, а конюх забывал кормить лошадей.

— Празднуете радостное событие? — поинтересовался Карет, входя в кабинет Рэмэла, где тот трудился над отчетами для Верховного паладина: близился день посвящения послушников.

— Да, — на губы мужчины легла искренняя улыбка. — Ты не представляешь, как я рад.

— Кто у вас? Сын, дочь, двое? — продолжил расспросы Карет, проходя и усаживаясь в кресло.

— Сын. Назвали Ричардом, в честь дяди Кэтрин. Так быстро растет... Хочешь посмотреть?

— Воздержусь: не люблю детей.

Карет по-хозяйски откинулся в кресле, осматривая кабинет, в котором был не раз.

— А я — наоборот, — признался Мэл. — Всегда мечтал о большой дружной семье.

— Да? Тогда почему же ты так мало уделял внимания своей жене? — с жесткой насмешкой поинтересовался Карет.

— Что?! — Рэмэл резко встал, Карет последовал его примеру.

— Ты ведь знал. Или Кэти умолчала? — он рассмеялся.

— Не смей ее так называть! — рявкнул взбешенный Рэмэл, до которого в полной мере дошел смысл слов друга. — Ты...

— Рэмэл? Карет? — На пороге стоял лорд де Тиаль, приход которого они в пылу ссоры не заметили.

— Да, — ответили оба паладина.

— Вот и хорошо, — голос Хенрика де Тиаля был мягок, но глаза смотрели внимательно, Карет бы даже сказал, чересчур внимательно. — Рэмэл, я хотел бы поговорить с тобой.

— Мне пора, прощай, друг, — быстро сообразил Карет и протянул руку, которую Рэмэл пожал с видом человека, готового убивать.