Магический УПС, или как обучить молодую Ягу

Нет, грусть ее я понимала, но русалке следовало пересмотреть свое поведение. Даже Бойцов и Иванов меня за убийцу не приняли, хотя могли и бдительность усыпить, но у меня и мотива-то нет. Девушка была вполне дружелюбной, неагрессивной и милой.

— Это другое, — шмыгнула носом соседка. — С Машей я здесь познакомилась. Все со мной дружат только из-за отца.

— Тогда ты просчиталась, — Волкова добавляла поленьев в разгоравшийся огонь эмоций. — Мы были абсолютно не в курсе, кто там у тебя отец, могла вести себя нормально и еще близких людей заиметь.

— Злата, подожди, — я уселась на бортик. Все-таки мы с ней обе добрые и всепрощающие. Мне сложно осознать проблемы богатой и знатной морской царевны: у нее родители, довольствие и, похоже, что окружающие ее спутники всегда хотят получить какую-то выгоду. У меня, наоборот, ничего подобного. В моем мире, услышав, что я сирота, выросшая в детдоме, все закатывали глаза и старались держаться подальше. — Мила, может, зароем топор войны? — предложила плачущей девушке.

Русалка с удивлением воззрилась на меня, но на лице быстро образовалось надменное выражение, промелькнуло, а за ним опять настало изумление.

— Я не могу, — завертела она головой. — Меня мама прибьет.

Теперь пришла моя очередь удивляться. Я в Тридевятом царстве третий день. Чем я насолить Марье Моревне успела? С такими показателями на курс дипломатии моя дорога прикрыта.

— Хорошо бы получить контекст, — невесело усмехнулась и стянула полотенце с полки, подавая его Миле.

— Ты не знаешь?

— Мила, не тупи, — окончательно разозлилась Злата, поглядывая на часы. Боевка неумолимо приближалась, а из всех нас, она единственная душ так и не приняла. — Мы в Университет в жизни бы не оказались, если бы не Иванов, — мстительно вспомнила про него, потирая костяшки пальцев.

Волковой в УПСе нравилось, но это не значило, что она не хотела отомстить ректору за наше точное попадание в непонятный, неизведанный и странный мир.

— Так, твоя бабка с моим отцом гуляла, — насупилась Моревна, обтираясь махровой тканью. — Теперь на дне всех Бабок-ежек не любят.

— Ну, и что, — я протянула ей руку, помогая встать. — Ты в кабинете возмущалась из-за слов Юсупова, а меня тоже под гребенку загребла? Почему я должна отвечать за действия бабушки?

Вообще, было бы неплохо и дневник Увиты заиметь, если таковой есть. Вдруг она была очень любвеобильная дама? Буду ее мужчин за километр обходить.