Мои семьдесят два демона

Эх, если бы я только мог сказать им: «Валите отсюда, пока целы», но, увы…

– Деньжатами не хочешь поделиться с нуждающимися?

– Пошли прочь, животные! – воскликнул Вассаго.

– Эй, старик, ты что-то перепутал, – сказал подходящий вплотную ко мне один из троих.

Я даже не понял, из-за чего его лицо словно замерло в искаженной гримасе, пока не опустил свой взор ниже. Вассаго пронзил его рукой через грудь, и я почувствовал, как я держу сердце этого грабителя. Быстрым движением Вассаго вырвал его, кровь текла по моей руке, а тело парня замертво упало у моих ног.

– И как вы тут живете, – мысленно произнес в мой адрес Вассаго. – Это же предел наглости так обратиться ко мне. В аду я бы эту душу годами терзал, не переставая, хотя, пожалуй, с него и начну, когда прийду обратно.

Тут меня немного словно отпустило, и я смог начать разговор с демоном.

– Зачем ты это сделал? Он не заслуживал такое.

– Ой, да брось, я души насквозь вижу. Он и не такое заслужил.

– Тебе на кладбище, оно на выезде с города.

– Будешь острить, снова умолкнешь.

Идя по улицам, мы вышли на улицу Бестужева, и демону в глаза бросилось здание с яркой вывеской стриптиз-бара «Зажигалка».

– А это что такое? – произнес Вассаго с предвкушением.

– Не знаю, я тут не был, да и тебя туда не пустят.

– Ты так думаешь? И кто же меня остановит?

– Пойми, просто для этого надо деньги, да и вид соответствующий.

– Это вообще не проблема, – с улыбкой ответил Вассаго и направился к входу.

На пороге меня затормозила охрана:

– Вы не проходите!

Как я и ожидал, нас не впускали.

– Почему?– начал злиться Вассаго.

– Внешний вид не соответствует критериям клуба, – объяснил один из охранников.

– С чего вы решили? – и меня окутала дымка, преобразуя мой спортивный костюм в классическую тройку.

– Извините, нам показалось, проходите.

Войдя внутрь, я увидел шикарное заведение . Кожаные диваны. Красивые полуобнаженные девушки на пилонах.

– Ну прям как в аду, – радостно воскликнул демон.

Если бы я мог, я бы точно хлопнул себя ладонью по голове от его интонации.

– Теперь молчи и не мешай мне веселиться.

Какое-то время я еще за всем этим наблюдал: как он пил дорогущие напитки, заправлял в трусики девчонкам пятитысячные купюры.