Огонь в твоих глазах. Обещание

– Да ну? Не может быть! – Его товарищи глумно загоготали.

– Вам Каррон Защитник головы поотрывает вместе со всем остальным из ненужного! – Анасташа шагнула вперёд, пытаясь обогнуть их, но ей преградили дорогу. Двое предусмотрительно зашли за спину, отрезав путь к воде раньше, чем она сообразила переплыть на другую сторону.

– О-о, да у неё острый язычок! Проверим, на что ещё он годен. А ежели только, чтобы болтать – так отрежем. Не люблю болтливых. – он, поигрывая невесть откуда взявшимся в руке ножом, многозначительно посмотрел на одного из подельников, остальные снова заржали.

– Каррон? Не слыхивал про такого, – просипел толстяк с большой сучковатой дубиной подстать.

– А раз не слыхивали, знамо, дерьмо ваш Защитник, – писклявым голосом добавил третий. Он был настолько худ, что верно был чем-то болен: «Из всех – этот самый отвратный» – подумалось Ташке не к месту.

– Да он... Он вас убьёт! Он отличный Защитник! Самый лучший! – выкрикнув эти слова, Анасташа отчаянно бросилась прочь по дороге, но её тут же схватили грубые руки, прижали к себе, царапая нежную кожу о заскорузлую дерюгу.

– Горячая девка, сама на меня прыгнула! – Обрадовался тот, что с мечом. Ташка дёрнулась, взвизгнув, когда её больно ущипнули за зад.

– Кричи громче. Люблю, когда кричат, – раздался над ухом писклявый голос худющего. Зловоние их тел заставило Анасташу содрогнуться, рванутся, непроизвольно прижавшись крепче к вящему удовольствию державшего её главаря.

– Ага, ори. Может, и Защитник твой услышит.

– Услыхал. Отпусти девчонку!

На тропе возник Каррон. Никто не заметил, как он подошёл. Незваные гости повернулись. Окинули фигуру Защитника оценивающими взглядами. Отметили, что противник безоружен. Вперёд вышел толстяк и, не спеша, потянул из-за пояса дубину.

– Ну, ты, тут Защитник? – Просипел он. – Что-то непохож, даром что здоровый.

– Да и одет, как простой мужик. Защитники так не ходят, – добавил худой, – и медальона на шее нет.

– Да у тебя и оружия нет, – криво усмехнулся тот, что с мечом.

– У тебя одолжу, – ухмыльнулся в ответ Каррон, – и то, чтобы руки не пачкать, – в его голосе прозвучало явное пренебрежение.

– Попробуй! – Толстяк заревел и неуклюже бросился вперёд.

Никто из бандитов не понял, как все произошло. Вот жирдяй оказывается возле Защитника, а мгновением позже уже барахтается посреди заводи, пыхтя и надувая красные, побитые оспой щёки. Анасташа тоже не поняла.