Кольцо Анахиты

Может быть, он даже влюбится в этот портрет и будет мечтать, чтобы ваш туманный призрак явился ему в ночной тишине. Вы явитесь и расскажете, что при жизни боялись лягушек и обнюхивали все вокруг, как охотничья собака.

Я смеюсь так, что на нас оглядываются те редкие постояльцы, которые еще остаются в зале.

- Пора спать.

Мартин берет меня за руку и крепко сжимает ее, пока мы идем по лестнице на второй этаж. И так не хочется отпускать его пальцы, когда мы останавливаемся перед дверью нашей комнаты. Лежа на узкой скамье у окна, на которую брошен тонкий тюфяк, я не могу уснуть.

На единственной кровати храпит Роджер. Мне кажется, что Мартин, устроившийся на таком же тюфяке на полу, тоже не спит и думает обо мне.

На следующий день мы приезжаем в Скайхилл, который я, как и Мартин, вижу впервые. Это действительно уменьшенная копия Хэмптон-корта, но копия бледная и унылая, похожая на серый дождливый день. Замок еще не достроен, полностью отделаны лишь главный фасад и одно боковое крыло.

Отец выходит навстречу. Он пугает меня своим видом так же, как и Роджер.

Что с ними обоими стало? Этот сгорбленный старик – неужели он когда-то сражался на турнирах, танцевал на балах, ухаживал за дамами?

Разумеется, отец недоволен приездом Мартина, но, узнав, что тот писал миниатюру для сэра Грегори, смягчается. Ему в голову приходит, что галерея Скайхилла – самое подходящее место для фамильных портретов, поэтому он предлагает Мартину написать заодно и всех остальных – его, Роджера и Миртл.

Моя невестка выходит только к ужину.

Худая, бледная, в желтовато-сером платье и старомодном чепце, похожая на ночного мотылька. Молча кивает – как будто мы расстались несколько часов назад. Так же молча ест, глядя в тарелку.

- Она вообще разговаривает? – шепотом спрашиваю Роджера.

- Нет. И слава Создателю. Было бы лучше, если б женщины рождались немыми.

После ужина все расходятся по своим покоям. Мартина поместили внизу с прислугой. Я перехожу из одной комнаты в другую, иду длинными коридорами. Огромный холодный дом, совсем пустой.

Интересно, отец надеялся, что здесь будет жить большая гостеприимная семья с множеством детей, или просто хотел, чтобы замок графа был не хуже, чем у других?

Ночью мне не спится. В саду тоскливо хохочет сова. Душно – собирается гроза, где-то далеко ворчит гром. Я ворочаюсь с боку на бок. Что-то не дает мне покоя – такое непонятное, такое горькое и сладкое.

Вспышка молнии – и я вижу у окна неясный силуэт. Сердце замирает, чтобы тут же пуститься вскачь.