Школа боевых фрейлин

Я грустно улыбнулась. Каким вкусным был тот сок! А каким красивым! Ярко-алым – даяровый, солнечно-оранжевым – из турса, малахитово-зелёным – риваговый.

Мой задумчивый взгляд скользил по хрустальным граням графина, любуясь переливами цвета. Алый – даяр, зелёный – риваг, оранжевый – турс.

Стоп! Какой турс, это же простая вода! Поняв, что происходит, я даже села на кровати. Это сделала я! Тихонько встала и очень осторожно, на цыпочках, направилась к столу, как будто боялась спугнуть графин, солнечно светящийся оранжевым.

На то, чтобы попробовать сок, ушло несколько минут. Я то протягивала руку к графину, то отдёргивала её и, наконец решившись, быстро плеснула оранжевую жидкость в стакан и поднесла к губам. И замерла, блаженствуя. Это действительно был сок! Мои вкусовые рецепторы упивались давно забытым вкусом свежевыжатого турса, нозри ловили тонкий цитрусовый аромат.

Напившись, я взяла графин и решительно постучалась к Берну.

Наверное, счастье от первой победы лишило меня рассудка, потому что, лишь войдя в комнату тера, я поняла, что до сих пор в ночной рубашке.

Пискнув: «Извините!», я метнулась было за дверь, но Берн остановил меня.

- Оставьте, - насмешливо улыбнулся он и добил меня моей собственной фразой. – Чего я там ещё не видел?

Я вспыхнула и отступила, пряча за спиной графин.

Берн шагнул следом и заглянул мне за спину.

- Вы пришли угостить меня соком? – предположил мужчина и забрал графин.

- Это…не сок, - возразила я.

- Правда? – удивился тера, налил оранжевую жидкость в стакан, отпил и одобрительно кивнул головой. – Турс. Великолепный, вовремя снятый с дерева.

- Это была вода, - гордо сказала я.

- Неужели? – тера снова глотнул сока и похвалил. – Прекрасно!

Я сияла. Но Берн не был бы Берном, если бы не устроил мне форменный допрос. Интересовало его, как всегда – как я это сделала, и, как всегда, этого-то я и не могла сказать. Честно рассказав, что просто вспомнила, какой сок любила в детстве, я преданно уставилась на тера.

- Когда ты просто произносила незнакомые заклинания, ты была менее опасна, - задумчиво сказал тера, изучая меня так, словно перед ним сидело какое-то экзотическое насекомое. – Тебе, по крайней мере, можно было заклеить рот. Боюсь представить, что ты можешь натворить, научившись желать без слов. Канат над пропастью уже был, что дальше?

Он всё же чуть улыбнулся, увидев, как вытянулось моё лицо.

- Неслучайно же тебе надели эти серьги.