Наследие древних. История одной любви

— Не понимаю, как такое могло случиться, но документ, насколько я понял, должен находиться в деле Вадима Канта.

Быстро пробежав взглядом по документам, Марк с удивлением понял, что это и есть исчезнувшее свидетельство о получении убитым дополнительной профессии вирусолога.

— Где их нашли? — уточнил он, обратив внимание на серые разводы.

— Под одним из стеллажей. — Нар Веров виновато развёл руками, насколько позволяла зажатая одной из них папка. — После того как леста Сарков сообщила мне о пропаже важного документа, я приказал провести поиски в архиве, прежде чем вызывать стражей.

— Благодарю за содействие.

— О, не стоит! Надеюсь, вы быстро найдёте виновных в смерти наших целителей.

Марк на мгновение замер, а затем впился взглядом в худощавое лицо молодого человека.

— Виновных в смерти? — Он приподнял бровь.

И получил в ответ укоризненный взгляд.

— Я всё же помощник мэра, — напомнил нар Веров.

— Да, об этом я и не подумал. — Марк криво улыбнулся. — Ещё раз благодарю вас за оперативность.

Поняв, что его выпроваживают, молодой человек скомканно попрощался и, ссутулившись, покинул помещение. Сидевший в это время около окна Никал Сторик, незаменимый специалист по взрывчатым веществам, лениво спросил:

— Ты его в чем-то подозреваешь или из вредности третируешь?

— Да что я ему такого сказал? — возмутился Марк, аккуратно вложив документы в дело Вадима Канта.

— Слава богам, ничего. Иначе тебе бы пришлось выслушать часовую нотацию от Алисии на тему того, как нужно общаться с людьми.

— Мужика ей нужно! — грубо ответил артефактор.

— Хочешь сам это предложить?

— Ну уж нет! Я ещё не выжил из ума.

Если Натару опасались из-за того, что она вполне могла отомстить обидчику, подсыпав что-нибудь неприятное в еду, то Алисия, оскорбившись, профессионально распускала слухи, от которых потом очень трудно было избавиться.

— Кстати, а ты почему прохлаждаешься? — поинтересовался Марк.

— Жду Алисию, чтобы помочь ей упорядочить все слухи, которые она собрала. — Никал страдальчески поморщился. — Лучше бы я около лаборатории круги нарезал, вдруг что-то стоящее нашёл бы.